Брат понял, что Сестра хочет, чтобы он описал ей ее мечты, а не реальные события, и вместо этого начал рассказывать свои собственные, иными словами, стал пересказывать свою книгу. Поначалу Сестра постоянно перебивала его.

– Это совсем не так интересно, как то, о чем я прошу тебя рассказать. Как мы сбежали из квартиры в Суна-Махал и ограбили банк.

Или:

– Мне кажется, тебе пора остановиться и начать рассказывать про ту ночь, когда мы вылетели из окна спальни и стали летать по району Вестфилд-эстейт и заглядывать в окна к взрослым, наблюдая, как они занимаются любовью, спят или ссорятся; или все сразу в произвольном порядке.

Когда Брат перешел к описанию детства “мисс Салмы Р.” и рассказал о том дне, когда дедушка схватил ее за запястья и поцеловал в губы, Сестра стала слушать его очень внимательно. Ближе к концу истории она снова перебила его.

– Такого не может быть, – сказала она.

– Это художественный вымысел, – ответил озадаченный ее реакцией Брат.

– Мы никогда тебе об этом не говорили. Не будем ему этого говорить, решили мы, чтобы не расстраивать.

– Кто это “мы”?

– Я и Ма.

– Чего “этого”?

– Тебе рассказал кто-то чужой? Как еще ты мог узнать? Или он сам тебе рассказал?

– Кто “он”?

– Так ты и вправду не знаешь.

– Вообще не понимаю, о чем ты говоришь.

– Не знаешь, но придумал это, оставаясь в неведении.

– Мне кажется, тебе пора все мне рассказать. Что-то произошло между тобой и дедушкой? Такое вообще возможно?

– Это был не дедушка.

– Тогда кто?

– А как ты думаешь, почему Ма ушла от Па и переехала в Суна-Махал? Мне тогда было пять.

– О! – сказал Брат, у которого земля уходила из-под ног.

– Вы с Ма вообще думали когда-нибудь мне рассказать?

– Да. Нет. Может, когда ты подрастешь, мы так думали.

– Но ты была такой маленькой. Я же твой старший брат.

– Ты всегда был любимчиком. Первенец. Единственный сын. Тебя от всего оберегали.

– Ты не доверяла мне даже в пятилетием возрасте!

– Прости. Просто это тебя не касалось.

– Мир рухнул для тебя, – снова заговорил Брат, – тебе казалось, что ты сходишь с ума.

– Именно так.

– А я даже не заметил.

– Мальчики. Они редко что-то замечают.

– А через пять лет, когда они сошлись опять, нам пришлось снова переехать к нему. Тебе пришлось вернуться и жить с ним.

– Представь себе, что я чувствовала тогда.

– А как же Ма? Она о чем думала? Как она могла так поступить?

– Может, она считала, что мы уже достаточно его наказали. Может, думала, что я выросла, а он усвоил урок. Может, считала, что семью нужно стараться сохранить в любом случае, а детям нужен отец. Может, боялась, что поползут слухи и нас заклеймят позором. Может, слухи уже ходили, и она уже чувствовала этот позор. Может, она думала, я люблю его. Может, просто хотела снова танцевать.