– Так у меня есть желания? А сколько? Три?

– Все работает иначе, – сообщил ему сверчок, – вот так: ты просишь у меня то, что ты хочешь, а там посмотрим, e poi, vedremo. Посмотрим, что с этим можно сделать. Есть ограничения.

– Итак, – Санчо глубоко вздохнул, – водительские права, банковский счет, пластиковая карта, чтобы пользоваться банкоматами, и деньги на счете.

– Подвластная магии банковская деятельность сводится к мошенничеству в особо крупных размерах, grande frode, – сообщил сверчок. – Миллионеры, крупные политики, мафиози. Не твой уровень. Таким, как ты, предписаны наличные и жесткая экономия.

– Очень жаль, – расстроился Санчо, – а есть кто-то более могущественный, чем ты? Может, мне с ним поговорить? С Голубой феей, к примеру?

– Голубая фея – просто сказка, è una favola, – заверил сверчок, – по крайней мере на твоем уровне. Даже не думай о ней. Тебе также следует воздерживаться от грубости.

– Короче, ясно. Я в полной заднице! – подытожил Санчо.

– В какой заднице? – рассердился сверчок. – Почему в заднице? Ты неблагодарный, si. Невоспитанный к тому же. Ну и бедный, само собой. Но до задницы тебе далеко. Загляни в свой бумажник.

– У меня нет бумажника.

– Проверь в кармане брюк. Или ты найдешь там бумажник, или я просто кусок дерьма!

В кармане что-то было. Изумленный Санчо извлек оттуда дешевый бумажник из коричневой кожи, внутри которого обнаружилось десять новеньких двадцатидолларовых банкнот.

– Двести долларов – возможный максимум, – пояснил сверчок, – определенный для тебя.

На данном этапе двести долларов казались Санчо настоящим богатством. Однако его одолевали сомнения.

– Это какой-то трюк? – уточнил он. – Деньги исчезнут, когда все закончится?

Сверчок предпочел не заметить этот мелочный выпад.

– В бумажнике есть еще что-нибудь? – поинтересовался он и снова полез внутрь.

В бумажнике лежала идентификационная карта гражданина США с фотографией Санчо и его подписью, вернее, тем, как он сам написал бы свое имя, если бы ему до сих пор представился хоть один случай где-либо поставить свою подпись.

– Штат Нью-Йорк, – в голосе сверчка сквозила гордость. – Non è facile. Не что попало, Нью-Йорк!

– Спасибо! – Санчо и вправду переполняла благодарность.

– Водительские права – невозможно, даже волшебству не под силу сделать из тебя приличного водителя. Идентификационной карты в качестве документа тебе хватит. Сейчас ты полностью свободен, – заявил сверчок, – а чтобы стать человеком, тебе нужна по крайней мере la possibility di liberta, возможность быть свободным. Тебе предписаны наличные и строгая экономия, как я уже говорил. Это так, но у тебя есть десять Джексонов и удостоверяющий личность документ. Отличный старт! Так что банковский счет ты сможешь открыть и без всяких там волшебных штучек!

Санчо недоверчиво мотал головой.

– Вопрос в том, – продолжал сверчок, – что ты собираешься делать, получив свободу? Куда отправишься?

– В дальней перспективе пока не знаю, – признался Санчо, – но в ближайшей – прямо сейчас – я бы хотел навестить кое-кого.

Санчо перед дверью скромного дома в Бьютифуле, двухэтажного кремового здания с английским приветствием "Welcome”, написанным белым на красной гравиевой дорожке небольшой лужайки перед входом; чуть выше нарисован священный слог “Ом ”.