Он не стал спрашивать разрешения, плеснул всем по бокалам, а потом поднял свой:

— Надеюсь, мы еще не раз окажемся за этим столом! — хозяин дома провозгласил тост и осторожно пригубил напиток, блаженно закатил глаза и замолчал.

Я последовал его примеру, оценивая качество конька и приходя к выводу, что такой мне пить не приходилось. А ведь я много перепробовал элитного алкоголя, правда, в другом мире, там это приходилось делать на переговорах.

— Вкусно, — резюмировала Мария Викторовна и посмотрела на дочь: — Юль, а как тебе коньячок? Какие ассоциации?

— Алкоголя не чувствуется, аромат трав присутствует, не горький и при этом поднимает настроение, — осторожно ответила та.

Гм, напиток крепкий, это неопровержимый факт! Наверное, Жало подстраховывается и не допускает, чтобы та, кого он выбрал хозяйкой, запьянела.

— Вот как? — чуть улыбнулся Павел Аркадьевич и переглянулся с матерью девушки.

Между ними произошел немой диалог, словно они обменивались мнением и с выводами друг друга согласились.

— Доченька, позволь за тобой поухаживать, — встала со своего места мать девушки. — Господи, так давно тебя не кормила и заботилась плохо, а вот теперь хочу наверстать.

Шокированная Юля кивнула, а Павел Аркадьевич щедро себе и мне в бокалы плеснул коньяка. Мне стало становиться не по себе, происходящее не укладывается в голове. Граф Шитов молча протянул в мою сторону бокал и мне ничего не оставалось, как чокнуться.

— До дна, — буркнул хозяин дома и одним махом, словно водку, влил в себя эксклюзивный напиток.

Его действия повторять не стал, вновь немного пригубил, ощущая совершенно другой вкус, не менее интересный, чем первый глоток. А Мария Викторовна мимоходом задет вопросы дочери, что той положить.

— Мам, достаточно, я сама возьму, что нравится или Виктора попрошу, — сказала Юля и носком туфельки пнула меня в ногу, мол сделай что-нибудь.

Я ничего не успел предпринять, граф Шитов, явно захмелевший, неожиданно спросил:

— Молодые и каковы ваши планы? — он покрутил головой и попытался подцепить вилкой кружок колбасы, но промахнулся.

— Ты чего это так быстро опьянел⁈ А ну-ка, держи заклинание трезвости! — произнесла мать девушки.

Граф мгновенно протрезвел, рукой по лбу провел и сказал:

— Это наказание от коньяка, его нельзя залпом пить. Но, от своего вопроса не отказываюсь, так что теперь думаете делать?

Юлька непонимающе пожала плечиками и стала разрезать отбивную на мелкие кусочки. При этом ее лицо выражает такое предвкушение, что отвлекать девушку от процесса грешно. Мы втроем на нее засмотрелись, за столом повисла тишина, но какая-то спокойная. Родители же и вовсе ждут не дождутся чего-то знаменательного. У меня голове крутится какая-то мысль, словно отдельные кусочки мозаики никак не займут своего места, при этом они все известны. Вот девушка прожевала дольку мяса, слизнула с губу кровь и потянулась за орехом в сахаре. Это же совершенно не совместимые продукты. Такое возможно лишь в одном случае! Меня словно мешком с песком по голове огрели. Пазл сошелся, но такого никак не мог ожидать, да и поверить не могу, что догадка верна. Не понял⁈ Мне послышалось или чья-то наглая драконья морда хихикнула в моем подсознании? Если окажется правдой, то в лепешку расшибусь, а придумаю, как Жало наказать.

— Так вы ничего не знали? — удивленно спросила Мария Викторовна, переводя взгляд с дочери на меня.

Я медленно покачал головой, а Юлька, как ни в чем не бывало, спросила:

— О чем мы должны знать?

— Паша, выйдем, думаю, Виктор Иванович все понял, — посмотрела на супруга хозяйка дома.

— Понял, — эхом повторил я и неожиданно обрадовался тому, что парные кольца с собой прихватил.