Враг, глухо зарычав, рывком освободил посох, тут же крутанув им, в надежде сбить меня с ног. Отскочив от противника, я вновь закружил вокруг него, готовясь к новой атаке. Наместник легко поднялся на ноги, но когда сделал пару шагов, стало видно, что он прихрамывает. Значит его можно одолеть, только придется постараться. Эх, сюда бы сейчас Ярослава, с его копьём, мы бы быстро справились с тварью. Как на зло, никто словно не видел и не слышал, что происходит перед дворцом.

— Я убью тебя, — проскрежетал наместник, — а затем высушу твою душу! Медленно…

Договорить твари я не дал, с силой метнув ему в грудь секиру, а следом и сам, сформировав щит, ринулся на врага. От удара тяжёлым оружием противника развернуло вправо, его посох оказался в стороне и в этот момент я, прикрываясь щитом, со всей силы ударил порождение Кривды плечом. От столкновения левую руку отсушило напрочь, но оно того стоило. Наместника отшвырнуло на добрую сажень, протащив ещё столько же по вымощенной камнем придворцовой площади. Посох отлетел в сторону и я, поймав правой рукой вернувшуюся секиру, поспешил завладеть оружием врага, пока он не очухался.

Удар в спину был совершенно неожиданным, мне с трудом удалось сгруппироваться, чтобы не распластаться по земле, но все же пришлось несколько раз кувыркнуться. Вся спина ныла от удара чего-то тяжёлого. Со стороны наместника раздался хохот. Враг, словно ему не нужно было спешить, медленно поднимался на ноги. Если он доберётся до посоха, то придется все начинать сначала.

«Безумное пламя» в который раз устремилось от меня в разные стороны, скрывая от глаз противников и давая необходимое время, чтобы завершить задуманное. Почти из положения лёжа я рванул к лежащему в полутора саженях посоху наместника, буквально в прыжке обрушив на него секиру. Звон от соприкосновения оружия, и тут же звук лопнувшего металла, переходящий в истошный визг врага. На мое лицо сама собой наползла довольная улыбка — как я и думал, посох оказался не прост.

Набросив на себя «Покров могущества», двинулся к впавшему в безумие противнику. Он крутился на месте, подвывая и дергаясь, словно умалишённый. В этот момент со стороны часовни раздались звуки сражения. Бросив туда взгляд, я вновь улыбнулся. Трогард и Сварг, во главе дюжины воев, дружно теснили с десяток врагов, ушедших в глухую оборону. Что ж, пора и мне заканчивать с соперником, слишком уж затянулся наш бой.

— Ты будешь страдать! — За пару мгновений, что я, осматривался, ситуация вновь изменилась. Наместник перестал дёргаться и сейчас стоял спокойно. Балахон на нем превратился в лохмотья, обнажив лысую голову и тело, полностью покрытые татуировками. Теперь глаза его не просто светились багровым, они полыхали! От тела поднимался пар, а в нос мне ударил неприятный запах. Такой же запах, что я чувствовал в Кривде, раскалённый камень и сера. И ещё сила, давящая, требующая немедленного подчинения. Будь на моем месте простой человек, уже ползал бы на коленях, моля о пощаде. Поняв, кто посетил Явь, я ответил:

— Тебе нет места в нашем мире, — голос прозвучал глухо, словно говорил кто-то другой.

— Жалкий червь, я разорву твою душу на части и скормлю её низшим, — тварь расхохоталась. А я, стоило осознать, кто передо мной, почувствовал в груди жжение. Там, где у меня было «Полуденное солнце», начало разгораться пламя, которое через мгновение вырвалось наружу, ослепляя Владыку Кривды.