В потайную комнату дворца Джона Гонтского вошел худой и бледный мужчина, лишь отдаленно напомнивший хозяину энергичного и пылкого юношу, сражавшегося на рыцарском турнире в Вестминстере в августе прошлого года. В его взгляде отразились глубокие страдания, и эти страдания навсегда состарили юного зятя принца.

Эдмунд преклонил колено, приветствуя своего господина и тестя, и сразу же заметил, как тот напряжен. Сидя в большом резном кресле, герцог играл массивным рубином на среднем пальце.

— Скажи, что ты помнишь о тех, кто напал на тебя? — спросил Ланкастер без предисловия, жестом приказав Эдмунду подняться. Паж герцога налил вина и по знаку хозяина быстро удалился.

Эдмунд рассказал о своих злоключениях, несколько удивленный тем, что тестя так волнуют мельчайшие детали покушения, казалось бы, совершенно заурядного для Англии тех лет. Цепкие голубые глаза герцога смотрели на Эдмунда не отрываясь, а рука, как всегда, поглаживала маленькую раздвоенную бородку. Когда Эдмунд в заключение описал удивительное искусство и истинно христианскую заботливость лекарей-монахов из аббатства Св. Юдифи, наступила тишина. В потайной комнате без окон было жарко, и Эдмунд, почувствовав внезапное головокружение, решил, что мало поел после изнурительной дороги и зря выпил столько вина.

— Садись скорее! — воскликнул герцог, заметив, что Эдмунд покачнулся и, побледнев, ухватился за край резного дубового стола. — О, Господи, да ты еще болен!

Эдмунд рухнул на стул, чувствуя подступившую к горлу дурноту и в то же время испытывая неловкость, что сидит в присутствии герцога и сюзерена. Ланкастер собственноручно наполнил украшенный драгоценными камнями кубок и пододвинул его Эдмунду.

— Пей, ты потерял много крови.

Подождав, пока Эдмунд осушит кубок, и убедившись, что впалые щеки юноши немного порозовели, герцог произнес:

— Пришло время раскрыть тебе ту опасность, которой подвергаются твоя жизнь и жизнь моей дочери. Лорд де Жерве и я рассчитывали отгородить вас от нее, не вовлекать вас в эту игру, но после того, что произошло, было бы нечестно не поставить тебя в известность о том, что замышляют де Боргары.

Эдмунд сидел в кресле и, затаив дыхание, слушал рассказ Джона Гонтского о стремлении де Боргаров, являющихся агентами французского короля, вырвать из-под влияния Англии земли де Брессов и вернуть их французской короне. Герцог и на этот раз ни словом не обмолвился о резне в Каркассонской крепости, о том, как явилась на свет девочка, от которой сейчас зависело, останется ли де Бресс подданным английского короля. Речь шла всего лишь об аристократическом семействе, слепо преданном французскому монарху и разъяренном тем, что отпрыск их семьи — Магдален Ланкастерская была использована их врагом для уязвления Франции и ее короля, и готовых пойти на все, чтобы вернуть владения де Брессов Франции.

— Поэтому тебе следует быть бдительным, — заключил Ланкастер, поднимаясь с кресла. — Когда отправишься во Францию, восьми с собой мощную дружину, которая смогла бы защитить тебя от любого нападения, прямого или скрытого. В настоящее время лорд де Жерве находится в замке Бресс, охраняя твои владения и твою жену от врагов. Как только ты вернешься, он сможет тут же возвратиться ко мне.

Герцог снова погладил бородку.

— Мне очень нужны его мудрость и разумные советы.