| Я должен был пожаловаться, но я переживал за него. Я не хотел, чтобы его наказали. И снова начались наши игры. В этот раз у меня было преимущество. Я знал его конечную цель. Он снова найдут Юки. Я продолжил ночные патрули, всегда ходил так, чтобы ощущать женские покои. Я думал, что смогу остановить его, не пустить близко. Я навсегда запомню ту ночь. Была ясная ночь конца зимы, холодная, ветер дул с моря. В другую ночь было бы хорошо смотреть на звезды, потому что они смотрели на нас в ту ночь. Я был в плотном одеянии из-за холода. Я знал, что Орочи мучил меня. Он проник в теплые части острова, прятался в хижины или возле домиков стражи, где костры отгоняли холод. Я не знаю, как он это сделал, но я вообще его не ощущал, и я не мог заметить пятно пустоты. Я думал, что он грелся у костра возле домика стражи, но он смог проникнуть мимо меня. Я по сей день задаюсь вопросом. Я как-то провалил задание по защите Юки? Я не знаю. Я думал, что был внимательным, но я спал по пару часов ночью. Он проник мимо меня в женские покои, отпустил себя. Он всегда скрывался, даже днем. Он заявлял, что это делало его сильнее, что он привык скрываться. Но он открылся миру, и я ощутил его так сильно в той комнате. Он заявлял о победе. Он проник мимо меня к цели, которую я поклялся защищать. И я не выдержал. Я устал, и наглость Орочи достала меня. Не знаю, хотел ли он навредить. Вряд ли Орочи был плохим. Он просто был одержим ею, одержим победой надо мной. Для меня это было слишком. Я ворвался в покои женщин с мечом. Он ждал меня. Я не знаю, о чем он думал. Может, хотел показать всем, что был лучшим. Но мы по-настоящему скрестили мечи в ту ночь. Бой был быстрым, хотя мне он казался долгим. Я говорил тебе до этого, мы были на равных. Не той ночью. Я злился, был сосредоточен. У меня был гнев, какого не было у него, он не понимал. Для него это было игрой. Он просто хотел победить, но я хотел его жизнь. В тот миг я хотел увидеть теплую кровь, текущую из его сердца. Он не принял это во внимание, пока мы бились, и я пару шагов я оттолкнул его, раскрыл его защиту. Тот момент, Рю, навсегда вырезан в моем сердце. Порой в кошмарах он повторяется, и я не могу его остановить. Я увидел брешь, сделал выпад к его сердцу, хотел убить. Но я так сосредоточился, был в гневе, забыл о тренировках. И в тот миг Юки прыгнула перед моим ударом. Она проснулась, увидела наш бой и попыталась остановить нас, но я был неуправляем. Я должен был знать, что она вмешается. Когда мой клинок пронзил плоть, сердце обрадовалось. Я еще не убивал, но не думал, что будет так приятно. Я одолел первого монстра. Хотя мои глаза были широко открыты, я не сразу понял, что Юки была пронзена моим мечом. Я увидел, что мой меч был вонзен в одну из грудей, о которых я так мечтал. Но мне до сих пор не дает покоя то, что она улыбалась. Улыбка разбила меня. Почему она улыбалась? Я упал на колени. Юки подняла ладонь в крови к моему лицу, нежно погладила, а потом рука опустилась. Она упала на пол, а я был над ней, пытался понять, как ее исцелить. Меня учили исцелять, но не так. Я не был клинком дня. Я умел уничтожать. Юки пыталась что-то шептать, но я не слышал. Ее губы двигались, она смотрела на меня, но я не мог понять слова. Я хочу верить, что она простила меня или что любила меня. Но я никогда не узнаю. Я был так сосредоточен на Юки, что даже не ощутил, как Орочи покинул комнату. Я сжимал Юки, пока она не перестала дышать, но и после этого держал. Я не хотел ее отпускать, был уверен, что не отпущу ее и в смерти. Я был в шоке, но я тогда не знал об этом. Я знал лишь, что убил женщину, которую любил. Мастера пришли за мной. Наш бой разбудил весь остров. Минус проживания на острове, где все одарены чувством, в том, что ничего не скрыть. Меня связали и поместили под стражу за секунды. На следующий день на острове был жуткий шум. За тысячу лет никого не убивали на острове. Были дуэли, но не убийства. Я не оправился от шока. Я хотел убить себя, но был слишком труслив для этого. Тело Юки сожгли вечером. Весь остров, включая Орочи, пришел выразить уважение, но меня не пустили. |
