— В этом местечке обычно тусовались богатеи да знаменитости, — сказал Колдинг. — Скоро и ты станешь такой же. Богатой и знаменитой.

Цзянь забралась на матрас и вздохнула, восторженно изумляясь нежности пухового одеяла. Опустила голову на подушку. Колдинг укутал одеялом ее плечи.

— Вам нравится Сара, правда? — неожиданно спросила Цзянь.

Пи-Джей открыл рот и закрыл.

— Мистер Колдинг, она очень хорошая. Вам следует встречаться с ней.

— Мы не можем встречаться, Цзянь. Потому что моя жена умерла всего… — Он умолк.

— Больше трех лет назад, — договорила за него Цзянь. — Времени прошло много, мистер Колдинг.

— Три года… — тихо проговорил Колдинг, словно определяя для себя, много это или мало.

— Идите к Саре, прямо сейчас. Идите к ней в комнату, поговорите.

Она махнула ему рукой уходить и, не успел он дойти до порога, забылась сном.

9 ноября. «Мое оружие — мое ружье»

Стук в дверь. Сердце Сары забилось. Пи-Джей? Пришел извиниться по-человечески. Она решила ненавидеть его, но совместная поездка в «Хамви» оказалась ошибкой, заставившей ее вспомнить, почему два года назад она с самого начала хотела его.

На часах 11.15 вечера. Она быстренько оглядела себя в большом — во весь рост — зеркале. По словам Стефани, Мэрилин была на Черном Маниту частой гостьей, всякий раз останавливаясь в комнате 17, и очень часто гляделась в это зеркало. Вот только у Мэрилин наверняка не было таких мешков под глазами и поношенного, мятого летного комбинезона; да и не была она такой грязной и потной после долгого перелета.

А, какая разница… Сара не собиралась спать с Колдингом. Она в состоянии справиться со своими гормонами. Колдинг — потребитель, и ничего тут не поделаешь. И ей до лампочки его карие глаза. И то, как он целуется.

«Да порви ты с ним, идиотка. Раз обманул, два… Шел бы он к черту».

Сара глубоко вздохнула, подошла к двери и открыла ее, чтоб увидеть… плотоядно скалящуюся физиономию Энди Кростуэйта.

— Привет, красотка. Все еще хочешь конфисковать мою пушку?

Сара почувствовала смесь отвращения и разочарования.

— Энди, спать пора.

— Именно! — сказал он и попытался протиснуться в полуоткрытую дверь.

Сара Пьюринэм не вчера родилась на свет и кое-чему научилась. Она блокировала дверной проем телом. От этого движения они так плотно прижались друг к другу, что могли бы поцеловаться. Плотоядная ухмылка Энди расползлась еще шире.

— Во, — сказал он. — Я об этом.

— Последнее предупреждение, Энди. Уходи.

Он рассмеялся ей в лицо.

Сара сделала резкое движение коленом вверх — Энди в пах. Она могла бы ударить и сильнее, но ей хотелось лишь немного ошеломить его, не отправляя в лазарет. Тот негромко ухнул и согнулся пополам. Сара положила ему на голову ладонь и толкнула. Споткнувшись, он сделал два шага назад — достаточно, чтобы она могла захлопнуть дверь и закрыть на замок.

Сара заглянула в глазок. Энди смотрел на дверь. Больше не скалился. Сейчас он был похож на человека, готового взорвать здание правительства к чертям собачьим. Даже за закрытой дверью Сара почувствовала холодок страха.

Затем Энди выпрямился и улыбнулся, зная, что она видит его в глазок. Он повернулся и пошел по коридору, по-прежнему прижимая правую руку к паху.

9 ноября. Смутьян

Имплантация + 0 дней

Пока персонал «Генады» спал, подопытные существа перешли в следующую стадию.