Тиммз возмущалась:

— Но кто же его ударил? И зачем?

— А вы уверены, что его ударили? — спросила Минни у Вейна.

Тот мрачно кивнул:

— Его воспоминания четкие и ясные. Если он сидел там, где говорит, то падающий камень никак не мог угодить ему на голову под таким углом и с такой силой.

— Это возвращает нас к моему вопросу, — сказала Тиммз. — Кто? И зачем?

— Кто? Это, должно быть Фантом или вор. — Пейшенс посмотрела на Вейна. — Если предполагать, что это не одно и то же лицо.

Вейн нахмурился:

— У нас мало причин считать, что это один и тот же человек. После моей погони Фантом больше не появлялся. Вор же продолжил свои кражи. Понятно, что вора не интересуют руины, а Фантом появлялся только там. — Вейн решил не говорить о том, что вор, по его мнению, женщина и, следовательно, у нее бы не хватило сил или смелости ударить Джерарда. — Мы не исключаем, что сегодняшнее преступление — дело рук вора, но Фантом кажется мне более вероятной кандидатурой. — Он перевел взгляд на Тиммз. — Вы спрашиваете зачем, я подозреваю, что Джерард что-то увидел, только он не догадывается об этом.

— Или преступник решил, будто Джерард что-то видел, — подсказала Тиммз.

— Он очень внимателен к деталям, — заметила Пейшенс.

— Об этом знали все. Любой, кто хоть раз видел его рисунки, заметил, что он тщательно выписывает детали. Если учесть, что сегодняшний рисунок пропал, можно сделать вывод, что он действительно увидел что-то, и кто-то не захотел, чтобы он это видел.

— Он не помнит ничего особенного в том, что рисовал, — проговорила Пейшенс.

Вейн поймал ее взгляд.

— А может, он не усмотрел в этом ничего особенного.

— Ты думаешь, он в опасности? — после непродолжительного молчания спросила Минни.

Вейн решительно покачал головой:

— Кто бы это ни был, этот человек знает, что Джерард ничего не помнит и, следовательно, не представляет для него угрозы. — Увидев по глазам женщин, что не убедил их, он развил свою мысль: — Джерард несколько часов пролежал без сознания. Если бы он представлял угрозу для негодяя, у того было достаточно времени прикончить его.

Пейшенс поежилась, Минни и Тиммз побелели как полотно.

— Я хочу, чтобы мерзавца поймали! — твердо заявила Минни. — Этому надо положить конец.

— Правильно. — Вейн встал. — Поэтому я предлагаю переехать в Лондон.

— В Лондон?

— А почему в Лондон?

Снова облокотившись на каминную полку, Вейн оглядел обращенные к нему лица.

— У нас две проблемы: вор и Фантом. Возьмем вора: в кражах нет четкой регулярности и мотивированности, поэтому вероятность того, что вор — это один из обитателей Беллами-Холла, высока. Если учесть количество украденных предметов, то напрашивается вывод, что где-то в доме есть тайник, — возможность того, что вещи проданы, мы исключили. Если перевезти всех в Лондон, слуги, те из них, кто вне подозрений, обыщут дом. Я устрою так, чтобы в Лондоне весь багаж был проверен. А в городском доме прятать украденное будет значительно сложнее.

— Понимаю, — закивала головой Минни. — А что с Фантомом?

— Фантом, — помрачнев еще сильнее, продолжал Вейн, — наиболее вероятный подозреваемый в сегодняшнем преступлении. У нас нет свидетельств тому, что этот человек — чужак, скорее всего он один из домочадцев. Все, что происходило раньше — звуки и огни, — говорит о том, что кто-то ночами, когда все спят, рыскал по руинам.