Ее корсаж был расстегнут.

Чертыхнувшись, Пейшенс поспешно застегнула пуговицы.

— Повеса! — Она огляделась по сторонам и увидела Мист. Серая кошечка уютно устроилась на столике, поджав под себя передние лапки. — Ты была здесь все это время?

Мист мигнула огромными голубыми глазами и отвернулась.

Пейшенс почувствовала, что краснеет, и спросила себя, может ли быть стыдно перед кошкой, ведь эта кошка все видела.

Она не успела себе ответить, как дверь открылась и на пороге возник Вейн. Веселая улыбка на его пленительных губах заставила Пейшенс еще раз мысленно чертыхнуться и укрепила в решении ни под каким видом не показывать ему, как сильно она смущена.

— Который час? — с деланной небрежностью спросила она.

— Время обеда, — ответил он, очень похожий на волка. Чувствуя себя Красной Шапочкой, Пейшенс притворно зевнула и поманила Вейна к себе.

— Можете отнести меня в столовую.

Вейн улыбнулся еще веселее и с неподражаемой элегантностью поднял ее на руки.

Их появление в столовой привлекло всеобщее внимание. Все уже собрались за столом, только место Джерарда пустовало.

Минни и Тиммз милостиво улыбнулись, когда Вейн усадил Пейшенс на стул. Миссис Чедуик вежливо справилась о ее здоровье. Пейшенс отвечала на вопросы дам с улыбкой и доброжелательностью, мужчин же она полностью игнорировала, кроме Вейна, конечно.

Его она игнорировать не могла. А если бы и могла, то он бы этого не допустил, настойчиво вовлекая ее в общую беседу. Приободренный спокойной атмосферой. Генри решил воспользоваться ситуацией и, с улыбкой предложив Пейшенс ветчины, поинтересовался состоянием ее колена. Пейшенс осадила его ледяным ответом и почувствовала, как под столом Вейн толкнул ее ногой. Повернувшись, она с невинным видом взглянула на него. Он пристально посмотрел на нее, а потом возобновил беседу.

После обеда Пейшенс пребывала в дурном расположении духа. Не только потому, что недомолвки раздражали, но и потому, что Джерард так и не появился.

Вейн отнес ее в ту же гостиную и усадил на диван.

— Спасибо. — Она откинулась на подушки и взялась за вышивание. Бросив на Вейна быстрый взгляд, развернула ткань.

Вейн отступил на несколько шагов и наблюдал, как она перебирает разноцветные шелковые нитки. Потом подошел к окну. Небо, ясное с утра, затянулось облаками и стало серым.

Обернувшись, он долго смотрел на нее. Она сидела среди подушек, окруженная яркими мотками ниток. Однако руки ее лежали без движения, а лицо было отсутствующим.

— Хотите, я поищу его? — предложил он. Он намеренно говорил спокойно, чтобы дать ей возможность не согласиться.

Пейшенс подняла на него глаза. Вейн не понял выражения ее лица. Но когда ее щеки окрасил румянец, он догадался, что она вспоминает все свои обвинения ему. Однако она не отвела взгляд. Еще немного подумав, едва заметно кивнула:

— Я была бы… — Замолчав, она хотела не произносить слово, готовое сорваться с языка, но тщетно. — Благодарна. — Ее губы изогнулись в улыбке, и она опустила глаза.

В следующую же секунду Вейн был около нее. Взяв ее за подбородок, он долго смотрел ей в глаза, а потом поцеловал.

— Не волнуйтесь, я найду его.

Поддавшись порыву, Пейшенс ответила на его поцелуй. Она задержала его, схватив за руку, с надеждой посмотрела ему в глаза, а потом отпустила. Когда дверь за ним закрылась, глубоко-глубоко вздохнула.

Она полностью доверилась этому джентльмену. Более того, она доверила ему то, что ей дороже всего на свете. Неужели у нее протухли мозги? Или она вообще их растеряла?

Девушка долго смотрела в окно, не видя ничего перед собой, потом, покачав головой, взяла вышивание. Зачем бороться с фактами? Она знает, что с Вейном Джерарду ничто не грозит, с ним он в большей безопасности, чем с любым из джентльменов, проживающих в Беллами-Холле, чем с любым из тех джентльменов, которых она встречала в своей жизни.