Однако для Герлин время до осени оказалось серьезным испытанием ее терпения. Она точно не знала, чем ей следовало заниматься, – в первую очередь потому, что ее положение в крепости Лауэнштайн было неясным. Обычно свадьбу не приходилось долго ожидать: невеста, которую привозили в крепость будущего супруга, в скором времени выходила замуж и принимала на себя обязанности хозяйки дома. Однако в Лауэнштайне, как и прежде, находилась госпожа Лютгарт, которая, похоже, совершенно не собиралась делить свои обязанности с Герлин. Эти две женщины были по-прежнему вежливы друг с другом, однако их взаимоотношения были холодными. Герлин терпеть не могла сидеть с Лютгарт и ее служанками за шитьем или вязанием, обычным занятием для женщин.

Конечно, она охотно участвовала в процессе подготовки к большому празднику: существовал обычай, согласно которому хозяин крепости, где оруженосцы вместе с его сыном проходили посвящение в рыцари, должен был обеспечить их всех новой одеждой, что для женщин означало кройку и шитье штанов, рубашек, туник и плащей. Однако Герлин по возможности избегала общества госпожи Лютгарт. В большинстве случаев она даже отказывалась от обычных женских развлечений в крепостях, например, наблюдения за рыцарями и воодушевления их во время боевых упражнений, поскольку ей не хотелось делить балкон с госпожой Лютгарт Орнемюнде и выслушивать ее колкие замечания по поводу неумения Дитриха обращаться с оружием.

Что касается последнего, то юноша значительно улучшил свою технику, готовясь к посвящению в рыцари. Господин Адальберт, который находился на седьмом небе от счастья, осознавая, какая честь ему выпала, взял на себя дальнейшее обучение Дитриха, и старый рыцарь как оружейный мастер превзошел господ Флориса и Леона. Адальберт знал все финты и приемы, которые помогли бы даже обессиленному и уставшему воину одержать победу. К тому же он обладал бесконечным терпением, а также всегда с готовностью и дружелюбием выслушивал юношу.

Флорис охотно уступил ему обязанности оружейного мастера. Он же занимался тем, что как можно незаметней оберегал Дитриха от возможных покушений. Флорис лично проверял оружие для упражнений в воинском искусстве и кожаные чехлы, которые надевали на острия копий во время тренировок и турниров. Он по возможности сам седлал коня Дитриха, а в противном случае следил за конюхом или оруженосцем, который этим занимался. Когда рыцари выезжали на охоту, он держался позади Дитриха и внимательно наблюдал за всеми, кто приближался к нему. Однако же он, конечно, ничего не мог поделать с тем, что его подопечного постоянно выбивали из седла или что у него оставались синяки после боев на деревянных мечах.

– Даже если кто-то замахнется, чтобы ткнуть ему мечом в глаз, я увижу это вовремя! – заявил он выразившей свою обеспокоенность Герлин.

На протяжении этих недель Флорис де Трилльон старался как можно больше времени проводить с Герлин. Он знал, что она скучает, и приглашал ее на прогулки верхом по окрестностям крепости. Вначале он любезничал с ней по правилам придворного этикета, однако в какой-то момент им обоим наскучила игра слов, и они начали разговаривать на серьезные темы. Флорис рассказывал ей о своем детстве в Аквитании и погружал Герлин в сказочный мир солнца и голубого неба, виноградников, белых замков и крепостей. Герлин уже знала эту местность по воспоминаниям госпожи Алиеноры.