– Однако ты ведь наследник Фалькенберга, не так ли? Почему же тебе просто не вернуться домой, чтобы управлять своей крепостью? – Роланд теперь бесцеремонно обращался к юноше на «ты».

Рюдигер стоял, потупив взор.

– Господин Роланд, многие полагают, что… ну, что не важно, способен ли будущий владелец имения быть хорошим воином. Я даже слышал разговоры рыцарей о том, что не менее важно совершенствоваться в чтении, письме и других искусствах, что скорее подобает женщинам и священникам. Однако я считаю, что правы вы, господин Роланд, придерживаясь другого мнения…

Леон из Гингста кивнул.

– В тебе живет настоящий рыцарский дух! – похвалил он. – Значит, мои наставления ты не пропустил мимо ушей!

– И чем ты решил теперь заняться? – нетерпеливо спросил Роланд Орнемюнде. – Когда господин Флорис объявит, что твоя подготовка завершена, ты откажешься проходить посвящение в рыцари?

Рюдигер осмелился посмотреть рыцарю в глаза.

– Господин, раньше… раньше оруженосцы совершенствовали свои умения, служа уважаемому рыцарю. На его примере они учились, равнялись на него. Если только вы позволите мне, господин Роланд, поступить к вам на службу на один год…

– Ты хочешь седлать мою лошадь, чистить мое снаряжение и носить мое оружие? – спросил озадаченный Роланд.

Рюдигер кивнул.

– Если только вы сочтете меня достойным этого… – Он потупил взор.

Роланд бросил на Леона уважительный взгляд.

– Черт побери, господин Леон, вы достойно воспитали этого юношу! Однако что на это скажет ваша сестра, господин Рюдигер? Вы уже поделились с фройляйн Герлин своими планами?

Рюдигер гордо вскинул голову.

– Я не нахожусь под опекой своей сестры, господин рыцарь! Фройляйн Герлин не моя госпожа, и я перед ней не отчитываюсь. Так вы возьмете меня в ученики, господин Роланд? – При этих словах он опустился на одно колено.

Роланд Орнемюнде бросил на Леона еще один уважительный взгляд. Затем он помог Рюдигеру подняться.

– Это честь для меня, юноша. Как по мне, так можешь сразу приступать к своим обязанностям. Приведи коня и оседлай его. Также приготовь лошадь и для себя, мы проверим твои умения выбивать противника из седла. И забудь о лени, господин Рюдигер! Мой оруженосец через год станет победителем турнира, устроенного в честь его посвящения в рыцари!

В этот вечер и весь последний день перед посвящением Дитриха в рыцари Рюдигер избегал Герлин и вовремя скрылся, когда вечером накануне церемонии оруженосцы в белых одеяниях отправились в церковь, чтобы там с оружием нести ночную стражу.

Герлин заметила его отсутствие во время церковной службы, однако подумала, что просто не различила его в толпе одетых в белое юношей. Она присоединилась к женщинам и постаралась завести дружелюбную беседу с госпожой Лютгарт, пока оруженосцы толпились у алтаря. На самом деле она смотрела только на Дитриха, который в этот вечер выглядел таким красивым и благородным, каким только может быть юный рыцарь. Высокий и бледный, однако сияющий изнутри, он стоял перед группой оруженосцев. К посвящению в рыцари большинство из них относилось со священным трепетом, особенно юноши из французских и норманнских земель. Для них рыцарство было неразрывно связано со служением Богу. Именно из них набирали рыцарей такие монашеские ордены, как госпитальеры и тамплиеры.

Для оруженосцев немецкого происхождения церемония освящения меча не играла такой большой роли, однако они также прониклись важностью и торжественностью момента. Разумеется, некоторые из них иногда поглядывали на родственников и друзей, но не Дитрих и другие, очень серьезно настроенные рыцари, глубоко погрузившиеся в молитву.