Из тростника получилось хорошее укрытие, и Торак и Ренн смогли выползти обратно на берег и взять свои пожитки. Торак был потрясен. Предательская Черная Вода отнесла их ближе к стоянке, а не дальше от нее.

Он весь промок и, дрожа, раздумывал, что делать дальше. Теперь в любой момент люди Зубра поймут, что их обманули, и направятся обратно к реке, рассредоточатся в поисках неизвестных, вторгшихся в их земли. Они с Ренн окажутся в ловушке, зажатые между ними и людьми Лесной Лошади.

Если только он не сумеет увести обе стороны подальше отсюда.

— Плыви вниз по реке, — шепнул он Ренн. — Жди меня за той излучиной, я найду тебя.

Ее глаза расширились.

— Куда ты собрался?

— Нет времени объяснять! Берегись ловушек!

Он велел Волку оставаться с Сестрой и двинулся в сторону стоянки племени Зубра. Подойдя так близко, как только посмел, он присел и вытянул две стрелы из своего колчана. Затем он достал свой рожок и наспех смазал оба древка охрой. Он понятия не имел, что те красные ветви означают для людей Зубра, но их было легко заметить, и сейчас только это для него имело значение.

По-прежнему припадая к земле, он вставил первую стрелу в лук и затаился.

Он заметил, как охотник племени Лесной Лошади выбрался на берег: крадучись, держась прямо, так, чтобы вода стекала по телу, а не капала с громким стуком на листья.

Торак прицелился. Он не так метко стрелял, как Ренн, но это и не было нужно. Его стрела вонзилась в падуб на приличном расстоянии.

Татуированная голова обернулась в ту сторону.

Уголками глаз Торак заметил, что охотник племени Зубра направляется к реке. Внутри у него все напряглось. Они среагировали быстрее, чем он рассчитывал. Он достал вторую красную стрелу и выстрелил в другое дерево.

Не дожидаясь, пока ее заметят, он опрометью бросился прочь, низко пригнувшись, торопясь встретить Ренн в условленном месте. Если бы его уловка удалась, обе стороны направились бы к загадочным красным стрелам, и тогда…

Позади раздались крики и стук копий. Он почувствовал, как волна безудержной радости накрыла его. Люди Зубра сражались с людьми Лесной Лошади, а они с Ренн тем временем могли спокойно пересечь реку и выследить Тиацци.

Неясная фигура Ренн манила его из густых зарослей ели, и он схватил ее за руку. Ее ладонь была горячей, словно неостывшая зола, она вела его через лесной сумрак в укрытие, которое нашла: это оказался полый ствол огромного дуба.

Тяжело дыша, он без сил облокотился на дерево и, когда ее пальцы выскользнули из его ладони, прерывисто засмеялся:

— Едва ноги унес!

Ответа не последовало. Он стоял у дерева один.

В двадцати шагах от него из зарослей ивы показался Волк, за ним шла Ренн, с нее ручьями стекала вода, и она была в ярости.

— Где, — прошептала она, — клянусь Духом, где ты пропадал?

Глава двенадцатая

— Кто это был? — прошипел Торак.

— Что значит, кто это был? — спросила Ренн. После его исчезновения она с ума сходила от беспокойства, но старалась не показывать этого.

— Кто-то взял меня за руку. Я думал, это была ты.

— Что ж, это была не я.

Он взял в руки ее ладонь.

— Твоя рука холодная, а та была горячая.

— Разумеется, холодная, я же насквозь промокла. Куда ты ушел?

Из стоянки племени Зубра раздались возгласы, кто-то вскрикнул от боли.

— Позже расскажу, — сказал Торак. — Давай перебираться, пока можно.

Ренн так продрогла, что Черная Вода показалась ей почти теплой. Промокший скарб у нее за плечами тянул ее вниз, а течение было сильное. На середине реки оно стало тянуть ее под воду.