Покойный король облачен в корявые латы, сквозь соединения которых кое-где выглядывают позолоченные элементы. Доспехи изрядно покрылись тиной и мулом, но от моего тренированного взгляда никогда не укроется ничего ценного. На голове Одноглазого (кстати, на месте отсутствующего ока присутствует какой-то коричневый нарост) поблескивает тонкий обруч короны. Даже несмотря на грязь и плесень, можно рассмотреть, что она инкрустирована ошеломляющей красоты рубинами и топазами. Защищенную горжетом шею обнимает мокрая бесформенная тряпка. Она очень напоминает горностаевую накидку самого Эквитея, если бы не парочка заплат на плечах.

В руках Одноглазого Гуги находится устрашающего вида меч. Двуручник, да такой длины, что волнистый клинок почти в два раза превышает размеры меча нашего монарха. Скелет коня высоко прыгает с кочки на кочку. Костлявое лошадиное тело взмывает в воздух и, кажется, что Гуга летит. Оружие то и дело тускло поблескивает в лучах танцующего солнца.

– Так почему конь? - еще раз спрашиваю Харишшу.

– Ну, - краснеет она. - Я ведь некромант. Мы профессионально отличаем строение скелета любого живого существа. А уж отличить женское посмертное начало от мужского… Мы чувствуем начало в каждом живом или мертвом создании богов, Хаоса, Порядка, духа териантропии или же обычных демонов.

Интересно-то как! Откуда провинциалка с липовым дипломом знает о существовании териантропии, то бишь о возможностях оборотней? Что-то нечисто с этой девочкой. Или это ее тот загадочный парень из Валибура научил? Придется ненавязчиво допросить некромантку, когда появится такая возможность.

– Будем драться! - решительно заявляет король.

– Ох, - это Слимаус.

Он опять превратился из сурового мужчины в парнишку-размазню. Неужели обычный вид разъяренного оборотня может сделать из героя бесславную тряпку?

Я приближаюсь к астрологу и несильно отвешиваю подзатыльник. Он перепугано вжимает голову в дрожащие плечи.

– Не бояться на посту! - командую и сую звездочету весло. - Извини, что наорал. Не имел такого права - ведь ты же не мой подчиненный…

– Да что вы… - бормочет парень. - Не стоит.

– Стоит! Вполне вероятно, что ты спас всех нас от нападения Проводника. Кто его знает, что мог натворить этот болотный дух.

Слимаус приходит в себя и выглядит более свежим. В глазах появляется некоторая суровость - первый признак настоящего мужчины.

– Идиоты! - верещит Эквитей. - Что бы этот дух нам сделал? Дорогу бы показал!

Плечи астролога снова превращаются в два безвольных горба.

– Тихо ты! - вполголоса, чтобы не слышал Слимаус, цыкаю на короля. - Парню надо отвлечься. Иначе распустит тут сопли и повесится где-нибудь повторно. Или с плота в трясину сиганет. Мало ли надо?…

Монарх понимающе кивает. Я возвращаюсь к астрологу и снова хлопаю его по плечам. Чуть более сильно, чем того требуется, но лучше пусть звездочет получит пару синяков, чем будет торчать здесь как контрацептив ветке.

– Мне нужны дееспособные бойцы, - говорю ему твердо. - Потому твердо держи свое оружие.

– Что? - его подбородок слегка поднимается.

– Будем воевать! - рявкаю и указываю на приближающихся мертвецов. - Ты ведь хочешь погибнуть смертью героя?

Он отрицательно вертит головой. Не хочет, мол, геройски гибнуть с именем родины на устах.

М-да, плохой из меня командир. Если верить КуСаМлОф, Курсам Самых Младших Офицеров, боец должен бы сейчас попасть под гипнотическое влияние моего командирского голоса. Должен внимать каждому малейшему моему слову. И, конечно же, утвердительно закивать, истекая слюной и в готовности сдохнуть за честь и славу, то есть согласиться на геройскую смерть.