— Приход, — отозвался он непонятно. — Ну что, понравилось?

А дальше снова была любовь, и белый порошок, превращаясь в жидкий огонь, текущий по венам, лишь усиливал это чувство, делал его острее и тоньше… Каждый раз казалось, что время умерло, пространство чудесным образом свернулось в одну точку и в целом мире есть место лишь для них двоих.

Но, как заметил кто-то мудрый, ничто не длится вечно. Когда лето сменилось затяжными осенними дождями, они с Егором стали видеться все реже и реже. Он отговаривался вечным недосугом — диплом, институт, семейные проблемы… Но Марина уже чувствовала: что-то главное между ними закончилось. Егор стал очень быстро меняться. Теперь он бывал нетерпим, язвителен, даже груб. Мог устроить скандал при посторонних, накричать… В конце концов он ушел, хлопнув дверью, и больше не появился. Много позже стороной, от общих знакомых Марина узнала, что Егор закончил институт, женился на дочке замминистра и уехал по распределению работать в посольстве где-то не то в Катаре, не то в Кувейте. Даже проститься не пришел, и от этого почему-то было особенно обидно.

Марина страдала, но разыскивать любимого, просить и унижаться не позволяла гордость. Большая и шумная квартира Верыча больше не казалась ей веселой. Хотелось скрыться, спрятаться, чтобы никого не видеть и не слышать, не отвечать на дурацкие вопросы… Как булгаковская Маргарита, теперь она мысленно просила любимого только об одном — чтобы он отпустил ее, дал дышать воздухом…

И песни были уже совсем другие.

Теперь у нее был только один друг, зато надежный, настоящий, — белый порошок в маленьких пакетиках. Сначала Марина старалась употреблять как можно реже, но постепенно втянулась. В тусовке всегда у кого-нибудь есть с собой маленькая порция счастья… Сначала все друзья и рады угостить, а потом приходится расплачиваться.

Денег у Маринки не было, зато рядом скоро появился Гарик Шпурман — ушлый и шустрый молодой человек с вечной, словно бы приклеенной, улыбочкой на тонких губах и уклончивыми глазами. Как ни старайся — взгляд поймать невозможно, и кажется, что смотрит он то в сторону, то поверх головы, словно там и есть самое интересное… Для Марины он оказался просто незаменимым: договаривался о выступлениях, рассчитывался с устроителями концертов и вечеринок, снял для Марины комнату (хотя сначала обещал отдельную квартиру!)… Но главное — бесперебойно снабжал ее очередной дозой. А еще выдавал денег «на жизнь», каждый раз вздыхая, что дела идут хуже некуда и он опять страдает через свою доброту. Марина догадывалась, что на ней он зарабатывает много больше, но не протестовала. Ей было почти безразлично.

Иногда хотелось бросить все и вернуться домой. Она и поехала… Потом сильно жалела об этом.

Родной город встретил ее холодом и безнадегой. Даже дома выглядели какими-то покосившимися и обветшалыми. Завод встал, отец, как и многие, потерял работу и теперь перебивался случайными заработками в одной-единственной надежде — дотянуть как-нибудь до пенсии. Но еще хуже было другое: за это время из крепкого и нестарого еще мужчины он успел превратиться в трясущегося алкоголика. Маринка даже узнала его с трудом.

Она, как могла, прибралась в доме, оставила отцу немного денег (больше просто не было!) и уехала, чтобы никогда не возвращаться.

«Милый, бедный папа! Что с тобой стало? И жив ли ты теперь?» Марина не видела отца уже три года и чувствовала себя виноватой. Бросила, можно сказать, на произвол судьбы… Но как помочь человеку, который упорно себя толкает в пропасть?

И сама такая же. Марина зябко поежилась, но не холод был тому причиной. Третий день без дозы, совсем скоро начнет ломать не по-детски… По всему телу бежит противный озноб, болят все суставы и мышцы, и голова просто раскалывается.