Все вещи были немедленно погружены, пассажиры уселись, вслед за ними поднялись два английских офицера, и самолет пошел на взлет. Англия осталась позади…

Приземлились через два часа на военном английском аэродроме в Западной Германии. Там уже ждали машины, а у трапа — Ребане, Жакявичус и Малый Джон. Они прилетели за несколько дней до Лидумса, чтобы подготовить безопасное пребывание в Западной Германии. Все трое были изрядно пьяны.

Заметив, как нахмурился Большой Джон, Ребане принялся объяснять, что у него сегодня памятный день. Тридцать лет назад ему присвоили в этот день первое офицерское звание. Поэтому сегодня он угощает всех своих друзей. Как видно, начал он свое юбилейное празднование рано утром. Сопровождавшие Ребане и его спутников несколько английских офицеров были тоже навеселе.

Выгрузив вещи, разведывательная группа уселась в автомобили и выехала с аэродрома в сопровождении английских офицеров в Бюнден.

Бюнден оказался маленьким городком и служил, должно быть, перевалочной базой при переброске шпионов на Восток. На углу улицы Седан машины остановились у двухэтажного дома. Вещи внесли в дом. В доме оказалось много комнат с кроватями и примитивной мебелью. Одеяла пахли нафталином, на шкафах, на подоконниках и столах лежала пыль. По-видимому, никто в этом доме постоянно не проживал и служил он лишь для приема «гостей», направляющихся в дальний поход.

В роли хозяина выступил англичанин Джонни, лет сорока с небольшим, миниатюрный брюнет с курчавыми волосами, щегольски одетый. В такой же пустой и пыльной комнате, как и все другие, Лидумс увидел раскрытые чемоданы Джонни, в которых лежали по меньшей мере еще три или четыре новеньких костюма. Лидумс невольно подумал: сколько же времени собирается этот Джонни пребывать здесь в роли хозяина и сколько времени просидят в этом богом забытом Бюндене они сами?

Джонни познакомил их с кухаркой, полькой по имени Кэрола. Свое дело она знала отлично, о чем свидетельствовал уже накрытый стол. Джонни простодушно похвалился, что у него заготовлено два ящика вина. По-видимому, им действительно придется надолго застрять в Бюндене…

После обеда все разбрелись по комнатам отдыхать. Большой Джон ушел на радиостанцию, предупредив, что никто из участников группы не должен выходить в городок без него.

Впрочем, Большой Джон почти постоянно отсутствовал: дежурил на аэродромной рации, ожидая приказа о дальнейшем передвижении группы.

Они просидели в этой тихой и пыльной провинциальной гостинице пять дней, выходя только по вечерам выпить всей компанией пива в маленьком ресторанчике.

Но в один из этих тягостных дней Большой Джон явился с известием, что завтра группа выезжает в Гамбург.

В тот же день вечером Джонни и Кэрола выехали в Гамбург, чтобы приготовить там обед на всю группу.

Утром остальные во главе с Большим Джоном выехали в Гамбург. Предстояло проехать километров триста. В Бюндене для связи остался Малый Джон.

От огромного Гамбурга после войны осталась только половина города. Развалины уже убрали, но новых строек было мало. «Великое боннское чудо» еще не распростерло свои черные крылья над этим городом. Однако после уравновешенного и спокойного Лондона Гамбург показался Лидумсу суетливым, хаотичным и шумным.

Машины пересекли весь город с запада на восток и остановились на окраине у большого трехэтажного особняка на Эльбасштрассе, 23, на самом берегу Эльбы.

Особняк был пустынен. Большие комнаты, залы, паркет, резная деревянная мебель, обитая замшей, — все отдавало запустением. Казалось, что и тут, как и в Бюндене, ни к чему не прикасалась заботливая рука хозяина.

Джонни и Кэрола и здесь держали себя как владельцы. Но на этот раз их больше всего занимали обед и вина. Они предоставили членам группы самим выбрать себе комнаты, и этим ограничилась их забота о «гостях».