— Макс, теоретически можно подняться, — отвлек меня от размышлений вернувшийся друг.

— Около пятнадцати метров придется поднимать графиню с помощью веревки, — предупредила Террия. — Или ищем обходной путь?

— Нет, если тут есть такой вариант, то его используем, — встал я и размял мышцы, которые уже давно ноют.

Восхождение оказалось непростым, особенно в конце. Шалий поднялся чуть ли не по отвесной скале. Как он только со своим весом удержался и цеплялся за выступы! Пару раз мы за него переживали. Страховали, разумеется, чтобы в пропасть не упал, но ему бы хватило и падения на скалы с десятиметровой высоты. Переломался бы весь, и девушка принялась за исцеление. Насколько понял, сращивать переломы она умеет, вот только пациент испытает настоящие муки и адские боли, не идущие ни в какое сравнение, что я сам пережил. Слава богу — обошлось. А подняться по скинутому и закрепленному канату для нашей подруги оказалось плевым делом. Друзья осторожно затащили мумию графини, которую я привязал все тем-же канатом.

— Макс, поднимайся! — прокричал с вершины Шалий.

— Так веревку скинь! — ответил я.

— Она обвязана вокруг Утолии, а прикасаться к ней мы не можем, — смущенно ответил парень.

— Или не хотите? — осматривая отвесный склон, ехидно уточнил я.

Похоже, под целительские воздействия опять попаду. Кожа на руках восстановилась, но ее в обязательном порядке обдеру. Да и без страховки подниматься, если честно, стремно. Скалолаз из меня еще тот.

— Подожди! — успокоила девушка. — Мы пожертвуем часть веревки, перережем ее возле графини и тебе скинем.

И почему до такого решения не додумался Шалий? Все же элементарно! Ну, сам об этом не подумал, так я-то внизу и не знаю, что происходит на вершине. Так себе отмазка, мозги у нас плохо работают от усталости или вновь из-за высоты и нехватки кислорода. Слабое утешение, но другого нет.

Вершина имеет небольшую площадку, метров пять в диаметре, как раз подходящее место под наши цели. Веревку, которой обмотал Утолию для подъема, срезал, подшучивая над друзьями, которые так и не притронулись к графине.

— Непонятно как вы ее только сюда затащили? — покачал я головой.

— Волоком, — хмуро ответил Шалий. — Макс, прости, я твердо уверен, что прикасаться к ней нельзя никому кроме тебя.

— У меня схожее чувство, — серьезно поддержала приятеля девушка. — В один момент, готова была подхватить мертвую женщину, воздух уплотнился и оттолкнул. Не спрашивай, как такое возможно, сама не понимаю.

Как разместить медные трубки и для чего они нужны? Вопрос интересный, по словам Шалия следует выложить их в виде конечностей усопшей. Это мне напомнило старую считалку: «палка, палка, огуречик вот и вышел человечек». С чего такая ассоциация? Особенно если учитывать, что под «огуречик» нет ничего подходящего.

— Теперь медленно сыпь порошок на трубки, сделай этакую полосу без разрывов, а оставшуюся часть — на голову! — подсказывает сын судьи.

— И это из легенды узнал? — интересуюсь, выполняя его инструкции.

— Угадал, — напряженно ответил парень.

Все готово, а никакого огня нет. Надо как-то поджечь? Сомневаюсь, что обычный огонь поможет, не тот случай.