В голове витала отчётливая мысль о мягкой перине, так что я даже не смог насладиться в полной мере растерянностью на лицах моих спутников. О, моя спина уже предвидит это чудо человеческой мысли.

– Что-то я не доверяю этой книжной лавке, – вклинился Калеб, обращаясь к девочкам. И всё же признал очевидное: – Но нам всем нужно хорошо отдохнуть и быть настороже.

– Всем идти больно подозрительно, родители на ночь глядя не отпустят. Такие дела надо решать днём, – поправила очки Тарани.

– Тогда держите мобильники под рукой. Отправим Фобоса ночевать к Мэтту, я и Мэтт сегодня подежурим. Маме скажу, что ночую у кого-то из вас. Думаю, я смогу подлететь к окну, а завтра что-нибудь получше придумаем.

Мне оставалось только радоваться хоть какому-то успеху, большего добиться всё равно пока не удастся.

Остается надеяться, что эта ночь пройдёт спокойно, и Нерисса потратит её лишь на поиски. Совсем здорово будет, если они, как и в мультфильме, нападут днём.

Всей кучной толпой меня довели до жилища Мэтта, и только у низкой зелёной изгороди дворика перед гаражом меня посетил вопрос, а где же ночует Калеб? Заострять дальше тему не стал, и так меня сегодня слишком ненавидят. Но кровать в подвале точно кому-то принадлежит.

Парень попрощался со всеми и провел меня в дом. Поднявшись в свою комнату, открыл окно и впустил «феечку», с интересом оглядевшую комнату.

– Вилл, ты отдыхай на кровати. Я подежурю.

– М-м-м… Ладно, я сменю тебя утром, – кивнула рыжая, не отрывая влюблённого взгляда от него. Мэтт этого уже не видел, так как достал спальный мешок, раскатал его на полу и приглашающе махнул мне рукой:

– Вот.

– Я князь, а не собака. На подстилке спать не буду, – в этом мы с Фобосом были единогласны.

Естественно, я понимал, что это грубо, но и он хорош – гостю предлагать мешок. Тут и так практически места нет: комнатка маленькая, ещё и заваленная всем подряд и неубранная, так что можно наступить на что-то на полу. Да и спина моя… Ох, лишь бы не радикулит замучил, в наши-то двадцать с чем-то лет.

– И не надо обвинений в бессердечности. Если хочешь, Вилл, можешь прилечь рядом. Я подвинусь.

Оба подростка скривились от моей ухмылки.

– Сходи лучше в душ, – отослала меня куда подальше рыжая.

– Ладно, можешь пока пижамку надеть, – как можно более ласково посоветовал я, буквально тащась от эмоций, крупными буквами написанных на юных лицах.

Обменявшись напоследок у дверей с мальчишкой взглядами (он испепеляющим, я – насмешливым), отправился в ванную отмачивать волосы. Мантию я забрал с собой из подвала ресторана, а сейчас, повесив её на подставку для полотенец, тренировал на ней превращение, отмокая в набранной ванной. Всё-таки водные процедуры Фобос давно не принимал, так что брезгливость девчонки понятна. Я-то уже привык к запаху немытого тела.

Мантия послушно превращалась, изменяя свою природу, становясь предметами, схожими по размерам. При этом неприятных ощущений, когда я взял её в руку и изменил, не было.