Я чуть слышно фыркнул. Они предлагают то, что и так должны будут дать. Без свободы я не смогу забрать посох у старой карги, а они не смогут сделать этого без меня.

– А если мы пообещаем ему свободу после всего? – сообщает Хай Лин шёпотом. – Если он так переживает насчёт того, что будет после того, как он заберет посох, мы попросим Элион назначить его старостой какой-нибудь деревушки, и он под присмотром будет жить дальше.

– Ага, и отпустим на свободу его ходячий зоопарк? – иронично приподнимает брови Ирма. – Конечно, Хай Лин, мы можем так сделать, только вряд ли он будет продолжать лишь «чаёвничать со змейкой и паучком».

– Ни в коем случае его нельзя оставлять на свободе, – встревает Калеб. – Рано или поздно он дорвётся до власти. Элион будет в опасности, а мы из-за клятвы ничего не сможем сделать, – от меня не ускользнул быстрый едва заметный взгляд на Корнелию, лучшую подругу сестрички.

– Выбора у нас всё равно нет, – грустно сообщает Вилл.

– Но вы же не можете согласиться на вечное рабство! – воскликнул он так, что и без улучшенного слуха было бы слышно. – Вы забываете ещё кое-что. Нельзя отдавать ему Сердца! Это важнее всего! С ними его никто не остановит!

Стоящая спиной ко мне рыженькая оборачивается, выпрямляясь, и я вижу её нахмуренные брови с морщинкой посередине. Она выдыхает резко, с досадой, и её челка, наэлектризовавшись, вздымается на секунду вверх.

– Ты кое-что забываешь! – торжествующе изрекает Вилл, возвращаясь к разговору. – Нерисса рано или поздно вспомнит о тебе и решит убить, как угрозу для себя!

– Месяцем раньше, месяцем позже, какая, по сути, разница? – небрежно пожимаю плечами. – Умирать с осознанием того, что твои враги вскоре отправятся следом, предварительно познав чернейшие глубины отчаянья и бессилия – не самая худшая участь. Подождите ещё немного, подумайте, придумайте ещё один идиотский план, который сработает лишь в случае удачного стечения обстоятельств и чьего-нибудь внезапного отупения, я никуда вас не тороплю. Нерисса тем временем ещё парочку сердец отберёт, а там, глядишь, и я вам не понадоблюсь, так как, вы сами сказали, Нерисса до меня доберётся.

– Э… что? – в потрясении застыла столбом Вилл, не иначе как от свалившейся ответственности.

Но её подружки позади не выпали в астрал за компанию, а напряглись, приготовившись к драке, будто Нерисса собралась нападать прямо сейчас. Ирма дёргает рыженькую за локоть, а та безвольно движется вслед по инерции… Снова совещаются. Ха-ха, только теперь хранительница Сердца в прострации и приведена насильно на совет. А ничего у неё спина, и кое-что пониже – тоже…

– Вилл, только не соглашайся! – поспешно сообщает Калеб, донельзя взволнованно. – Будет только хуже. Тысячи невинных окажутся в рабстве или будут убиты. Голод и смута снова воцарятся на Меридиане, а если он получит Сердце Кандракара и Стражниц, то и соседние миры погибнут!

– Но ведь если мы не согласимся, то же самое случится, но под предводительством Нериссы, – обречённый голос Вилл. Мне её даже жалко немного стало.

– Надо спросить совета у бабушки, – отчаянно вздыхает Хай Лин и тут же ещё отчаянней: – Ах, нет, бабушка перешла на сторону Нериссы. Тогда надо на Кандракар, к Любе!

– Он прав, у нас нет времени. Пока мы перейдём на Кандракар и обратно, Нерисса уже может убить Фобоса, и тогда Элион нам не вернуть, – Тарани пока что держит себя в руках.

– А как же Элион? – стонет Корнелия, подлетает к Вилл и трясёт её за плечи: – Вилл, надо придумать что-нибудь, надо спасти Элион!

– Успокойтесь, девочки, – главарь повстанцев вынужден повысить голос и обхватить руками, опуская на землю, Корнелию.