Светлейший князь Андрей Евграфович Голенищев-Кутузов лично следил за погрузкой и отправкой. Императрица повелела взять под личный контроль.

Глава XV. Мятеж

Терра Единства. Россия. Крым. Ливадийский дворец. 1 сентября 2015 года

Полковник князь Андрей Лопухин в числе первых ворвался во дворец. Планировка была знакома, где содержат узника, они знали. Конечно, Машка усилила охрану, но что может сделать охрана против высокообученных штурмовиков? Их даже щадили, просто вырубая, а не убивая. Хотя случалось всякое. Но тут не до мелочей и тактичности. Приз слишком велик.

Вот искомые двери. Заперто. Похоже, что даже изнутри.

Князь, разогнавшись, лично ударил плечом, защищённым щитком-наплечником, между створок дверей. Понятно, что они с грохотом распахнулись, едва удержавшись на петлях.

Внутри, прячась за диваном и дрожа, сидел тот, кто должен занять Русский Трон. Лопухин молодецки встал по стойке смирно и (с презрением) приложил ладонь к тактическому шлему:

– Ваше Императорское Всесвятейшество и Величие! Мы здесь, чтобы восстановить справедливость! Россия ждёт вас! Трон Терры ваш!

* * *

Терра Единства. Ромея. Константинополь. Площадь перед главным зданием Императорской Военно-космической академии имени Можайского. 1 сентября 2015 года

Сегодня у нас торжественное мероприятие – мы представляемся преподавательскому составу по случаю прибытия к новому месту службы. Конечно, мероприятие долгое и довольно муторное – шутка ли две сотни человек должны по одному выйти из строя, уставным шагом дойти до стола, за которым преподаватель и куратор ждут присяги, а остальные четыре сотни с легкой улыбкой смотрят на новичков.

– Старший лейтенант Космодесанта подпоручик Лейб-гвардии Михаил Остров, для принесения Присяги выйти из строя!

Да, тут тоже нет титулов. И пусть все знают, кто я и что есть «Остров», я тут просто офицер. Как и все прочие.

Берцы хлопают по граниту, и я останавливаюсь перед преподавателем. Он мне подаёт раскрытую папку:

Четко поворачиваюсь через левое плечо лицом к строю.

– Я, Михаил Александрович Остров, перед лицом моих товарищей по оружию, обещаю и клянусь всемогущему Господу Богу, исполнять требования Устава Академии, быть верным Государыне Моей Марии Михайловне, служить во славу Отечества моего, Империи моей, да будет так. Аминь…

Тут поднялась какая-то суета, к начальнику Академии генералу Васильеву подбежал какой-то офицер. Начал вполголоса отдавать приказы. Затем обратился к нам:

– Дамы и господа офицеры. Только что в Константинополе на открытии учебного года в университете, на государыню совершено покушение. Нам приказано поднять Академию в ружье и выдвинуться в Константинополь для обеспечения охраны и защиты государыни и взятия под контроль ситуации. Напомню, что мы ближе всех к университету. Счет идет на секунды. Оружие получить, погрузку в транспорт начать.

На площадь уже въезжали грузовики и бронемашины, а на спортплощадку садились десантные вертолёты. Боевые вертолёты либо уже полетели в сторону университета, либо зависли, ожидая окончания загрузки десанта в транспортные вертолёты, прикрывая погрузку личного состава. Шесть сотен обученных офицеров плюс техника – это серьёзная сила в такой ситуации.

Вдруг слышу приказ генерала:

– Острова никуда не пускать. Пусть здесь… охраняет. Смотрите за ним.

Резко поворачиваюсь:

– Отказываюсь исполнять этот приказ!

У того глаза зло сузились:

– Старший лейтенант, вы отказываетесь выполнять приказ своего непосредственного командира??! Бунт?

На чьей он стороне? Просто старый паркетный служака или заговорщик?

– Не исполнять явно преступный приказ мне дозволяет Устав.