* * *

Утром понедельника я вскочил бодрым и весёлым, в отличие от Матвея, которому пришлось вчера эль пить одному, я на это искушение не поддался. Судя по помятому лицу моего товарища, я правильно сделал. Зато работать сегодня смогу в полную силу.

Герасимов увидел меня прямо с порога и жестом подозвал к себе.

— Готов к новым трудовым подвигам? — спросил он, ехидно улыбаясь.

Ох, не к добру это всё.

— Конечно, готов, — сообщил я.

— Значит, идёшь по палатам с первой по пятую и очищаешь всех пациентов от накопленной негативной энергии, — порадовал он меня. — Этого хватит тебе, чтобы уработаться как следует.

— Анатолий Фёдорович, — отпрянул я от такого предложения, — но вы же сказали к новым подвигам, а что в этом нового? Я только этим и занимался всё время.

— Что нового? — хмыкнул он, слегка прищурившись. — Пациенты новые. Иди работай, а то я быстро сменю милость на гнев, мало не покажется!

— Ну хорошо, я всё сделаю, — буркнул я и пошёл переодеваться в ординаторскую.

— И отдыхать не забывай, студент, чтобы тебя потом откачивать не пришлось! — крикнул он мне вслед.

— Не забуду, — сказал я себе под нос, надел чистый халат и пошёл в первую палату, она была дальше, начну с неё.

Опять эта нудная и однообразная работа. Я переходил от пациента к пациенту, делая одно и то же. Очищение от негативной энергии Аномалии мне уже давалась теперь значительно легче, но хотелось бы заниматься чем-то более значимым. Но, пока Герасимов не даст добро, я и дергаться лучше не буду, чтобы не навлечь на себя его гнев. Всему своё время, да и с наставником, лояльно к тебе настроенным, добиться всего намного проще. А лояльность ещё заработать надо.

Когда переходил из третьей палаты в четвёртую, как раз думал немного посидеть помедитировать, чтобы восстановиться, а то меня начало пошатывать. Именно в этот момент навстречу шёл Анатолий Фёдорович. Он молча остановил меня рукой и приложил ладонь к области сердца. Вскоре на его лице появилось удивление.

— А я смотрю, ты уже и к третьему кругу готов, — сказал он, посмотрев на меня более тёплым взглядом, чем обычно. — Сейчас отдохни немного и продолжай дальше, на пятой палате не останавливайся, там в шестой и седьмой контингент обновился — им тоже надо сделать очистку. Лучше медитируй после каждой палаты, чтобы не истощиться, сейчас это для тебя нежелательно, понял? А то ты уже сейчас к этому близок.

— Да, Анатолий Фёдорович, понял, спасибо, — ответил я. Было приятно понимать, что о тебе заботятся, а не просто гоняют по кругу, пока ты не свалишься.

— Когда с седьмой палатой закончишь, найди меня, — коротко бросил он и побежал дальше с развевающимися полами расстёгнутого халата.

Я зашёл в ординаторскую, где никого не было, забился в дальний угол и сел в позу лотоса, чтобы помедитировать, как следует. От входа в кабинет меня по итогу не было видно. Я начал жадно впитывать свободную энергию, упорядочивая её в организме и насыщая ею круги маны, как вдруг услышал голоса вошедших целителей.

— Как думаешь, возьмёт Толян сопляка на работу? — спросил один.

— Да хрен его знает, — ответил другой, более басовитый голос. Он принадлежал худому, как смерть, целителю немного старше меня, я встречал его в коридоре. — Сначала замучает очищением от негативной энергии, потом будет смотреть. Ты-то чего за новичка переживаешь? Чистит он всех за нас и пусть чистит, работы и так хватает.

— Я за него переживаю⁈ — спросил первый и хрюкнул, как молочный поросёнок. — Да на хрен он мне сдался? Сейчас его Толян загоняет рутиной и он сам сдуется и свалит отсюда. Он же городской, видать, они там нетерпеливые, им подавай всё и сразу.