Когда огромный монстр снова протаранил расступившийся перед ним строй, я активировал оба дара одновременно и послал мощный двойной разряд, целясь уже не в круп, а в область левой лопатки. Нейроинтерфейс подсказывал, что сердце у этой махины находится именно там. Мне ещё помогло то, что в этот раз зверь бежал чувствительно медленнее. Я направил магический удар сквозь броню и мышцы вглубь, надеясь дотянуться до этого самого сердца. Хотелось добиться максимального эффекта, поэтому вложил в магический удар все силы.

Похоже, я немного перестарался, почувствовал, что вложился без остатка только в последний момент. Гигантский кабан вскинул морду к небесам и издал душераздирающий рёв, мощный, но короткий, потом рухнул, пропахав по инерции землю ещё метров десять. Ещё несколько агональных подёргиваний копытом, последний, тяжёлый вздох и наступила тишина.

Я плюхнулся на пятую точку, прижавшись спиной к дереву, и начал медитировать, происходящее вокруг меня уже не интересовало. Слышал тяжёлое дыхание Матвея, который сел рядом со мной. Он понял моё состояние и ни о чём не спрашивал, просто находился рядом, на всякий случай и готов был оказать поддержку. Бойцы переговаривались между собой, но я не прислушивался к их словам. Потом услышал приближающиеся шаги.

— Он в порядке? — спросил главарь, видимо у Матвея.

— Почти, — ответил мой напарник. — Но скоро будет. Ранений у него вроде нет.

— Побудь пока рядом с ним, — сказал главарь. — Мы пока сами займемся кабаном.

Прошло, наверное, минут десять, хотя мне сложно понять течение времени в таком состоянии. Когда я понял, что медитировать достаточно, я открыл глаза. Половина отряда участвовала в разделке туши, вторая половина вместе с главарём прикрывали периметр от возможного нападения других монстров, которые могли сбежаться на шум сражения и запах крови.

Бойцы старательно отколупывали от огромного тела бронепластины подходящего размера, насколько я знаю, это отличный ресурс для изготовления прочной брони. Если такие латы усилить ещё и магией, им никакие стрелы не страшны, даже огнестрел не берёт, разве что только дорогущие магические пули.

— Ну как, отошёл? — спросил Матвей, с надеждой глядя мне в глаза.

— Да вроде в норме, — кивнул я.

Напарник подал мне руку и помог встать, хотя я, наверное, легко справился бы и сам, самочувствие более-менее нормализовалось.

— Пойдём себе тоже что-нибудь наскребём с этого урода, — сказал Матвей. — Будет возможность обновить латы, чтобы этими нормальных людей не смешить.

— Давай так сделаем, — решил я предложить ему другой вариант. — Ты добывай пластины, а я пойду раздобуду кое-что гораздо более ценное, по-моему, тут об этом никто не знает.

— Да? — в глазах Матвея на секунду появились сомнения, потом он хитро улыбнулся. — Договорились.

Я видел, что за этим ресурсом никто даже не пытался дотянуться, но на всякий случай, чтобы потом не было ко мне претензий, а у других бойцов притязаний на мою добычу, решил спросить у главного.

— Вы не против, если я заберу себе глаза монстра? — спросил я его обыденным тоном, словно говорил про стакан воды.

— На хрена они тебе? — удивлённо хмыкнул он, глядя на меня, как на странного.

— Да так, для коллекции, — невинно улыбнулся я. Хоть под маской и не видно, но заметно по глазам.

— Да пожалуйста, — отмахнулся он. — Ты ещё пятак себе забери, люк для колодца сделаешь.

Еще бы он возражал, ведь по факту я добил этого монстра, и все наемники прекрасно должны были это понимать. Возможно, они и списывали это на удачу, и что он был ранен, но факт налицо.

— Премного благодарен, — хмыкнул я и пошёл ковыряться в башке поверженного монстра.