— Там парочку подростков привели, которые с котом что-то не поделили, — уже чуть спокойнее сообщил шеф. — Иди Константина проконтролируй, он будет ими заниматься.

— Хорошо, — сказал я, поднимаясь со стула, и только сейчас понял, что девушки нет в ординаторской. — А где Евгения?

— Уже соскучился, что ли? — противно хихикнул Василий Анатольевич.

— Вася! — рыкнул на него заведующий, потом спокойным голосом и с ноткой упрёка обратился ко мне: — Так она позвала тебя в лабораторию, а ты никак не отреагировал. Она развернулась и ушла недовольная.

— Сидит там теперь и вздыхает в скорбном одиночестве, — не удержался от комментария Василий Анатольевич.

— Я сейчас в тебя этим сундуком с шашками запущу! — на полном серьёзе сказал ему Герасимов и потянулся за деревянной коробкой.

— Да всё, всё! — насупился болтливый не в меру целитель. — Молчу!

— Вот и молчи себе в тряпочку, — буркнул заведующий и улёгся на диван. — Иди, Ваня, спасай детей от жестоких котов.

Моей улыбки Герасимов уже не увидел, так как почти сразу прикрыл глаза. Я вышел из ординаторской и отправился в холл приёмного отделения, где наш практикант уже любовался на результаты проделок разбушевавшегося домашнего животного.

— Работай, — кивнул я Константину, когда увидев меня рядом, он испуганно отпрянул от, действительно, сильно поцарапанных ребят. — Вы его в узел, что ли, завязать пытались? — спросил я уже у пацанов.

— В ванной хотели помыть, — сказал, всхлипывая, парнишка лет двенадцати. — Откуда мы знали, что он воду так не любит?

— А что, он у вас такой грязный был? — спросил я, не удержавшись от улыбки. Память прошлого услужливо подсунула в сознание весёлую картинку.

— Нет, — покачал головой мальчик, уставившись на свою расцарапанную руку. — Просто он долго сидел умывался, и мы решили ему помочь.

— Это ты решил ему помочь! — пискнул дрожащим заплаканным голосом мальчик лет восьми, с растопыренных пальцев его правой кисти на пол капала кровь. — А меня просил его подержать!

— Ну и не держал бы! — недовольно буркнул старший.

— Ага, чтобы потом от тебя опять пинка получить⁈ — на грани плача воскликнул младший, не в силах оторвать взгляд от собственной окровавленной руки.

— Ну теперь вы оба запомните, что коты — не собаки, — ухмыльнулся я. — Их мыть не надо, они сами с этим неплохо справляются.

— Теперь запомнили, — грустно вздохнув, пробормотал старший.

— Вот и молодцы, — сказал я и обратился к Константину: — Начинай, а я рядом посижу пока.

Костик радостно кивнул и осторожно начал залечивать царапины на руке у мальчика помладше. Тот зажмурился и скривился, но мужественно терпел боль, не сказав ни слова, лишь тихонько поскуливая.

А практикант наш неплохо продвигается в лечении, надо отметить. По крайней мере, не намного хуже, чем я, когда сюда только приехал. Глубокие царапины исчезали одна за другой, а он даже пока ни разу не останавливался, чтобы помедитировать.

Закончив с первым пациентом, Костя всё же замер с закрытыми глазами, а полностью восстановившись, вновь продолжил работать, теперь уже со вторым пациентом. Моё вмешательство в процесс так и не понадобилось.

Когда довольные ребята поблагодарили за помощь и убежали домой, Костя устало улыбнулся и вытер рукавом халата пот со лба.

— А ты молодец! — похвалил я его.