– Ну тогда, – засмеялся Иезекия, – я вхожу в долю!

– От души на это надеюсь, – Дрейк дружески, но сильно толкнул друга в грудь. – Я хочу выманить золотишко из твоего кошелька. Ведь это же не что иное, как кошелек, а? Под камзолом что-то есть, а никаких накладок ты не носишь...

Иезекия воздел руки к небу, смеясь:

– Только моряк всегда знает, где кошелек у другого моряка! Ты получишь деньги – я дам, сколько смогу, – но сперва расскажи поподробнее о своих планах.

– И в частности о том, сколько ты с этого будешь иметь?

– Сколько я буду иметь?! Да разрази меня гром, Фрэнк, – не видать мне больше этих денег как своих ушей! Но если дело и впрямь доходное, попытайся убедить кузена Пола ссудить тебя денежками...

Через два дня оба Дрейка и капитан Уинтер покинули Шоуз, заручившись обещаниями финансовой поддержки от представителей обеих ветвей фамилии Морлэндов. А по осени стало ясно, что план активно претворяется в жизнь. В последних числах сентября было объявлено, что «Пеликан» и «Елизавета» в сопровождении двух шлюпов и полубаркаса и с командой в полтораста матросов отплывет из Плимута, родных мест самого Дрейка, в ноябре – и Иезекии прибыло официальное приглашение принять участие в экспедиции.

– Признаться, искушение велико, – вздыхал Иезекия, рассказывая новости в усадьбе Морлэнд. – Но моя женушка считает, что я стар уже для таких переделок, и, честно говоря, совсем не хочу покидать ее на целый год – ведь Фрэнк сам не знает, сколько продлится плавание.

– Тогда... умоляю, кузен, позволь мне плыть вместо тебя! – отчаянно выкрикнул Артур и, не дав никому и слова вымолвить, обратил к отцу сияющее и взволнованное лицо. – Отец, отпусти меня с ними! Ведь кто-то из семьи должен быть там, чтобы проследить, как распорядятся вложенными средствами... Ну представь, что там поистине золотое дно – а никто нам об этом и полслова не скажет!

– Ты что, намекаешь на то, что Фрэнк может нас обдурить? – зарычал Иезекия. Нанетта жестом успокоила его.

– Это лишь повод, – сказала она. – Ты же по лицу его видишь, что как только твои друзья все выложили, он ни о чем другом и думать не может!

– Это правда – мне все это даже снится... – Артур мгновенно стал откровенным, подбодренный ее пониманием. Пол зло глянул на сына.

– Неудивительно тогда, что тебе совершенно наплевать на дела в поместье! Но могу тебя успокоить – тебе ничего не остается, кроме как выбросить это все из головы! Конечно же, ты никуда не поедешь! Это абсурд!

– Но почему? – страстно возразил Артур. – Отец, ведь это редчайший шанс, такого больше не будет! Кузен Иезекия, ведь ты непременно бы отправился в плавание, будь ты моложе! Скажи!

– Ну... да... разумеется, но…

– Вот видишь! – Артур повернулся к Полу. – Он понимает. Ты должен отпустить меня, отец.

– Господь с тобой, дитя, ведь у меня кроме тебя никого не осталось – ты наследник всего моего состояния. Как я могу...

– Но я исполнил свой долг, – не без горечи воскликнул Артур. – Я женился, у меня есть наследник. А в поместье я тебе, в сущности, и не нужен. Не наказывай меня так жестоко за провинности и ошибки моих сестер и братьев!

Наступила тишина.