– Нормальный ход педалей, – хмыкнул из-за спины с аппетитом жующий кусок копченого мяса Костя. – Теперь по крайней мере ясно, что твоя замечательная дрянь Катя и ее трусливый корешок не имеют к этой разборке ни малейшего отношения. Чистейшей воды совпадение. Очень, между прочим, благоприятное для них! Так что на совести подстилки остается «всего» три мертвеца.

– Четыре, – я повернулся и пристально взглянул на бармена. – Потому что меня она тоже считает мертвым.

На следующее утро Костя отвез меня в аэропорт и, пожелав удачи, выдал в долг две штуки баксов на текущие расходы. Я без проблем, если не считать косые взгляды таможенников на мое слегка помятое лицо, прошел регистрацию и вскоре уже плыл над облаками в удобном кресле «Боинга» и размышлял о том, что мне предстоит сделать, едва шасси самолета коснется взлетной полосы международного аэропорта имени Джона Кеннеди. В любом рискованном деле самое главное – верно выбрать стратегию. Поэтому я решил не кривить душой, а рассказать Борису всю правду, лишь снизив в десять раз реальную сумму похищенных у мафиози денег, чтобы поберечь нервы бывшего соотечественника от эмоциональной перегрузки, да и самому немного подстраховаться.

Авиалайнер приземлился в половине двенадцатого дня, и разношерстная толпа пассажиров ринулась к выходу из здания аэровокзала. Не знаю, каким образом, но я опередил всех своих попутчиков.

Желтый «форд» Бориса стоял в стороне от основной группы такси, ожидающих клиентуру. Он припарковался рядом с роскошным белым «кадиллаком», возле дверей которого выстроилась целая шеренга с иголочки одетых мужчин явно бандитского, по российским понятиям, вида, напряженно всматривающихся в поток появляющихся из-за стеклянных дверей пассажиров. Следом за мной с легким кожаным чемоданчиком в руке шел человек, которого я раньше уже имел возможность видеть не только в салоне «Боинга», но и на первых полосах газет, и в репортажах ТВ. Он был известным на всю страну мошенником «в белом воротничке», сначала заработавшим миллиарды рублей на афере с дутыми акциями чекового инвестиционного фонда, затем легко избежавшим уголовного преследования, за пять вагонов водки (!) выиграв выборы в одном из чукотско-эскимосских федеральных округов, и таким образом получившим неприкосновенность депутата Государственной Думы от партии «молодых реформаторов». Короче, тот еще гусь. Жирненький.

Увидев господина депутата, кирпичные лица встречающих быков заметно смягчились, а один из них услужливо распахнул перед «папой» заднюю дверцу сверкающего лаком новенького лимузина.

Борис заметил меня только тогда, когда я, решительно открыв заднюю дверь машины, обрушился на потертое кожаное сиденье. До этого он сидел, откинувшись на подголовник, с закрытыми глазами, и слушал какую-то классическую симфонию, пробивающуюся через легкие наушники плеера. Почуяв движение сзади, он открыл глаза и тут же расплылся в улыбке, словно мы были старыми друзьями.