– Хэллоу, Дэн! – таксист протянул мозолистую широкую длань и продемонстрировал мне свои идеально ровные зубы. – Как долетел? Как дела?

– Долетел, как на ковре-самолете. А дела так себе. – Я выдержал стальное рукопожатие Бориса, хоть для этого мне и потребовалось сжать зубы. – Средне между хреново и очень хреново. Если, конечно, ты мне не поможешь.

– Если это не касается моего кармана… – Борис пожал плечами, но в его глазах я заметил неподдельный интерес.

– Скажем так, я дам тебе за небольшую услугу пять тысяч долларов, – бросил я пробный камень.

– О, даже так?! и что я должен буду сделать для тебя? – он достал из нагрудного кармана пачку «Кинг Сайза», закурил и нарочито медленно выпустил через ноздри две струйки сизого дыма.

– Пока еще не знаю, – честно признался я. – Для начала ты должен меня выслушать, а потом уже сам решай, стоит тебе ввязываться в это дело или разойдемся краями.

– Мы… куда-нибудь сейчас едем? – спросил здоровяк, протягивая мохнатую лапу к замку зажигания, в котором торчал маленький серебристый ключик с облезлым брелоком в виде Винни Пуха.

– Знаешь отель под названием «Лав Энд», на Кони-Айленд? Адрес я, к сожалению, не запомнил.

– Нет, конкретно в этом не бывал. Но узнать точный адрес не составит труда. Нам к отелю?

– Для начала. Дальше видно будет.

– Тогда подожди минутку. – В такси была рация, и Борис связался с диспетчером, который, сверив маршрут по карте, объяснил ему, как лучше проехать к нужному месту.

Вскоре мы уже катили по идеально гладкой широкой дороге, и я рассказывал бывшему соотечественнику печальную историю моих злоключений. Борис слушал молча, не перебивая, только курил одну сигарету за другой, а когда я дошел до гибели курьера и его охранников, среди которых по роковому стечению обстоятельств оказался и мой лучший друг детства, таксист нахмурился и покачал головой:

– Знаешь, когда-то давно, в моей прошлой жизни, я тоже лишился всего из-за бабы. Ты думаешь, я всегда крутил эту несчастную баранку? – он криво усмехнулся. – Ошибаешься, Дэнни! Еще каких-то восемь лет назад у меня было все, о чем может мечтать простой советский, человек: шикарная работа в Инторге, пятикомнатная квартира, персональная «Волга» с шофером и денег – хоть туалет на даче обклеивай. А потом я познакомился с Белиндой, – серо-голубые глаза таксиста стали холодными, как лед, – она тогда работала у нас при постпредстве, журналисткой. Ну, шуры-муры, трали-вали, любовь до гроба и все в таком же духе. Потом мы подаем заявление, расписываемся, я продаю все, что у меня есть, перевожу кучу деревянных советских рублей в крохотные драгоценные камушки со сверкающими гранями, прячу их в кожаном мешочке на теле и с одним маленьким чемоданчиком уезжаю в Америку, чтобы строить безоблачное семейное счастье с красивой, сексуальной молодой женой. Я, лох совковый, подписываю брачный контракт, а потом мы за весьма крупную сумму продаем еврею-ювелиру бриллианты, покупаем роскошный дом в Санта-Монике, мебель, два новых «мерседеса» – белый и черный, и кучу другого барахла. Я и представить себе не мог, что задумала эта сука! Ведь у нас, в Союзе, ни о каких брачных контрактах тогда и слыхом не слыхивали! Вот я и чирканул закорючку, сдуру. Не проконсультировавшись у толкового русского юриста… Прожили мы примерно пять месяцев.