Малчек позволил машине катиться вниз по небольшому уклону дороги с выключенным двигателем, боясь потревожить тишину окружавшего их леса. Он не запустил мотор, пока они не проехали довольно приличное расстояние в сторону шоссе, и сделал это очень-очень мягко. Они все еще не обменялись ни словом, как будто находились в сговоре с утром, двигаясь, как утренние звери, тихо и медленно.

Когда они выехали на шоссе, оно было черным в полумраке и пустым, машины почти не встречались. Малчек остановился на перекрестке, просчитывая возможные варианты.

Он не знал, насколько сильно ранен Эдисон и как это отразится на его поступках и намерениях, если отразится вообще. Он повернул машину на север.

Как только выйдут газеты, Эдисон узнает, что больше не сможет вернуться домой, никогда. Он будет где-то в бегах, и за ним будут охотиться, пока не схватят.

– Сколько у тебя осталось денег? – спросил он Клер.

Она повернулась, вздрогнув от его голоса, прозвучавшего среди полного молчания.

– Я не знаю.

– Посчитай.

Она достала сумочку и пересчитала деньги.

– Около трехсот долларов. Зачем?

– Достань карту и найди ближайший большой город.

После минуты шуршания бумагой, она сказала:

– Реддинг. Следующий поворот направо.

Он свернул направо на следующем перекрестке.

Когда Малчек позвонил этим вечером Реддесдэйлу уже из другого мотеля, связь была плохой. Голос комиссара звучал устало, но победно. История Алвы была опубликована в дневных номерах газет.

– Рассказываю новости, Майк. ФБР обыскало квартиру Алвы. Все было на месте, чистенько и аккуратненько. Весь арсенал в подвале, взрывчатка. Файлы, картотеки, как с иголочки.

– Он ведь бизнесмен, – заметил Малчек. Он смотрел, как Клер идет от чемодана к комоду с полными руками его носков. Он еще не сказал ей, что рано утром они снова уезжают.

– Но дело вот в чем. Все файлы закодированы каким-то шифром. Мы нашли несколько интересных имен, но вся полезная информация зашифрована. Феды просто бесятся. Они подключили компьютер, но один из федов сказал мне, что это, скорее всего, так называемый «книжный шифр». Пока они не знают, что за книга, этот шифр невозможно расколоть.

– Я бы не стал пробовать Библию.

На другом конце трубки помолчали.

– Как ты?

– Устал. Что у тебя еще?

– Отпечатки, естественно. Он служил снайпером в Корее.

– Расскажи мне что-нибудь, чего я не знаю.

– Хорошо. Сегодня в банках Реддинга довольно оживленно.

Малчек перевел дыхание.

– Да, я отхватил себе богатую невесту. Всегда знал, что меня ждет красивая жизнь.

Клер обернулась и высунула ему язык.

– Я бы тебя поздравил, если бы на этом все закончилось, – Малчек слышал шуршание бумаги на другом конце провода. – В девять тридцать утра главный офис «Банк оф Америка» в Реддинге связался в офисом «Банк оф Америка» здесь в Сан-Франциско, по поводу счета Клер Рэнделл. Она разговаривала персонально с одним из вице-президентов БА, и они закрыли ее счет. Она вышла из банка с семнадцатью тысячами долларов наличными, к большому сожалению официальных лиц Реддинга, которые не смогли убедить ее так не поступать.

– Ее парень не верит в кредитные карточки.

– Ага. В два тридцать главный офис Первого Федерального Банка в Реддинге связался с Первым Федеральным в Нью-Йорке по поводу счета Томаса Алвы. Он вышел из банка с девятью тысячами наличными, к большому огорчению официальных лиц, которые не смогли его убедить, что чеки безопаснее.