Он опустил стекло, и внезапный поток холодного воздуха совершенно разбудил Клер.

– Послушай, – сказал он.

– Но я ничего не слышу, – отозвалась Клер через секунду, – только машину.

– В этом-то все и дело. Здесь вокруг девственные леса, такие густые, что сквозь них даже ветер не может пробраться. Этот участок дороги всего лишь в паре миль от побережья, но об этом ни за что не догадаешься. – Он надкусил очередное; яблоко

Промытый дождем воздух наполнял машину запахом сосен и мокрой земли. Чуть ниже окон проносилась водяная пыль из-под передних колес. В отсвете фар Клер видела стену леса, поднимающуюся сразу за обочиной и исчезающей в темной пропасти над их головами. Гамбини медленно поднял стекло, оставив небольшую щель.

– Ты не против? Деревья пахнут лучше, чем рыба из бутербродов.

Терсон неожиданно выругался.

– Этот полуприцеп болтается в центре дороги уже десять миль. Прекрасно видит, что мы за ним едем, но разве подвинет свою задницу? Ни за что. Каждый раз, когда Ван Шаатен пытается пойти на обгон, тот съезжает в сторону еще больше.

В машине снова раздался голос Майка:

– Мне не нравится этот парень в полуприцепе. Он нас умышленно блокирует. Нам лучше перестать…

Его фраза оборвалась на полуслове, когда большой красный грузовик с прицепом резко повернул прямо перед Галакси, перегораживая буквой V обе стороны дороги.

У «галакси», следовавшего очень близко и готовящегося к обгону, шансов не было. Но Ван Шаатен сделал, что мог. Он резко вывернул руль, и капот «галакси» занесло в бампер под высокой кабиной грузовика, сильно ударяя по рулю и шинам. Клер вскрикнула, когда «галакси» ударился и въехал вверх по грузовику. Крышка капота взлетела и грохнулась на его же крышу.

– Господи, да это ловушка, – заорал Терсон, нажимая на тормоза и бросая машину в поворот еще до того, как замер «галакси». Маленький автомобиль закрутило, но Терсон использовал движение в свою пользу, чтобы как его инструктировали, повернуть назад и уносить ноги. Гамбини держал обеими руками винтовку, все еще сжимая зубами яблоко. Когда они развернулись, он прокусил его, и остаток незамеченным упал на его колени. Колеса снова начали крутиться по скользкой дороге.

Гамбини обернулся и крикнул:

– Джейк, там еще один. Они отрезают нас, черт подери!

Когда Терсон затормозил и «фалькон» почти остановился, Клер открыла дверцу со своей стороны и выпрыгнула. Она упала на мокрую дорогу, а теперь пыталась встать на склизкой поверхности опавших сосновых иголок и масляного налета. В свете фар второго грузовику, приближающегося сзади, она могли лучше разглядеть большой красный прицеп. Желтый автомобиль размытым пятном виднелся впереди, как мертвая пчела под кирпичом.

– Майк! – она старалась перекричать шум двух моторов позади нее. Вслед за ней раздался яростный вопль Гамбини. Когда она бежала к желтой машине, то увидела людей, выпрыгивающих из задних дверей кузова грузовика – четыре человека. Водитель, вылезая из кабины, встал на задний багажник «галакси», который находился под дверцей. У него в руках было такое же ружье, как у Гамбини, и Клер поняла, что это Эдисон.

Крик застрял у нее в горле, но Эдисон все же расслышал отчаянный вопль сквозь рев приближающегося грузовика и поднял голову. Одновременно поднялось и дуло его двуствольного ружья. Клер даже увидела белые зубы Эдисона, показавшиеся в улыбке, но в этот момент дверь «форда» вылетела и Малчек стремительно выбросился на дорогу. Он несколько раз перекатился и начал стрелять в Эдисона, который нависал над ним, стоя одной ногой на крыше «галакси».

Эдисон находился в невыгодной позиции, одной рукой все еще держась за дверь кабины, а другой нацеливая ружье на Клер.