И смекнул — речь идет о напитках. И размечтался — хорошо бы принять кубок вина, в крайнем случае, сидра. Только как?

Пальцы пробежали по кружкам, надеясь тактильным способом понять, как получить желаемое. О сенсорах граф слышал от лингвоанализатора, но суть и смысл остался для него недосягаем… Пока он не получил урок.

Автомат согласно требованиям начал выдавать один за другим одноразовые стаканы со всеми означенными в его списке напитками. Причем скорость их воспроизведения значительно опережала скорость потребления.

Стакан кофе был опорожнен с трудом — кисловато-горькая настойка графу не понравилась и он порадовался, что умная «стена» это поняла — выдала ему стакан с красноватой жидкостью. Однако — не вино, но весьма, — продегустировал Теофил и залпом выпил, увидев следующий стакан.

Молоко он не просил, но как вернуть его обратно не знал и выпил, уже давясь. И тут же схватил следующий стакан с той же молочно белой, но уже густой и пенящейся жидкостью, чтобы идущий следом «кубок» не был вылит на пол. Но только взял, как увидел третий. Взял третий — вылез четвертый.

Рук уже не хватало, в горло не шло, куда ставить, как вернуть гостеприимной «стене» ее дары и уговорить остановиться — он не знал. И лишь как акробат, придерживая, выпивая и беря следующее угощение, смог провести по кружкам вновь, надеясь тем остановить подношения. Но упрямая «стена» продолжила его кормить.

— Хватит! Молю, остановитесь! — взвыл граф, не удержав стакан с коктейлем. Ниша фыркнув выплюнула в него стакан с кефиром, потом с настойкой шиповника. Квас разлился по полу у ног.

Граф в ужасе начал водить, жать и хлопать по панели кружков, уговаривая машину остановиться. Но та выдавала нагора стакан за стаканом, видно решив по доброте своей завалить Локлей ими с головой.

Иштван и Николай невольно притормозили увидев Локлей заглядывающего в нишу для подачи напитков и уговаривающего ее остановиться.

— Хм, — переглянулись Пеши засмеялся, сообразив по несчастной физиономии мужчины, что тот не может справиться с автоматом.

— Напились граф? — хлопнул его по спине и нажал кнопку отмены.

Локлей выпрямился, с тоской и благодарностью уставившись на «зеленого».

— Н-да, — только и выдал Чижов, оценив ущерб, нанесенный внешнему виду мужчины. Пятна кефира на рубашке, разводы кофе и клубники по все одежде, под ногами лужа из смеси всевозможных напитков и настоек, туча валяющихся стаканчиков.

Куда сердиться на несчастного?

Какой соперник?

Недоразумение в метр семьдесят и больше ничего.

— Вы что хотели-то, граф? — прищурился Иштван, с трудом скрывая смех.

— Познакомиться, — протянул расстроено. Оглядел себя с тоской: куда теперь в таком виде? И какой конфуз, какое унизительное положение? — Я растоптан, обесчещен.

— Ну, уж, — хмыкнул Иштван: ой, дремучесть непролазная! — Пойдемте, смоем водой бесчестье. Я познакомлю вас с еще одним устройством.

Граф отшатнулся, с ужасом уставившись на мужчину: не надо!

— Это не больно, — хохотнул тот. — И более приятно, чем кефир в лицо. Коля, ты иди, а я графа в душевой прополощу, — подмигнул товарищу. Чиж улыбнулся, еле сдерживаясь, чтобы не рассмеяться.

Мужчины разошлись: Николай направо — к комнате Стаси, Иштван налево — в сторону душевой в раздевалке за бильярдными столами.

Чиж замер у дверей на пару секунд и несмело постучал. Вошел не ожидая приглашения.

Женщина расхаживала по комнате в глубоких раздумьях и то ли действительно не заметила посетителя, то ли намеренно игнорировала его.