— Как уже сказал Владимир, — она посмотрела на Ветра, — он высадил Матильду у ателье. Однако согласно данным маячка, объект прошел мимо и углубился в переулки. Через сто двенадцать метров сигнал теряется.

— Что там? — спросил я Ветра.

— Богатый район. Элита аристократии.

— Даже здесь? — удивился я.

— Когда-то этот городок знавал лучшие времена, — философски начала Тень. — Здесь стояла резиденция императора. Летняя, правда, но это сильно подняло престиж города, а заодно наполнило его развеселой аристократией. Возле летнего дворца быстро построили целый район для приближенных к императору семейств. Длилось это почти десять лет, пока король окончательно не возмужал и не перестал здесь появляться. Следующие года три тут еще продолжалась веселая жизнь, но и она быстро закончилась.

— И дворец все еще стоит? — спросил я.

— А как же. Из него сделали Императорский музей. Интересных вещей там мало, все же Вильгельм Пятый ничем примечательным не отличился. Разве что парочка исторических артефактов, картины, посуда да мебель. Была я там один раз — одна рухлядь.

Кому рухлядь, а кому любопытные заклинания. Не зря же говорят: «все новое — это хорошо забытое старое».

— В том районе продолжают жить богатые семьи, но они воспринимают этот городок, как ссылку, — закончила свой рассказ Оксана. — Ума не приложу, что там могло понадобиться Матильде.

— А дом ее матери? — я припомнил историю ведьмы.

— Разве он здесь? Я думала, что в столице. Да и она бы сказала, если хотела заехать туда. Нет, тут что-то другое.

— Она пошла туда одна и по своей воле, — качнул я головой. — Значит, была уверена в своих силах и безопасности. Скорее всего, еще и знала место, куда шла.

— Чего гадать, поехали, поищем ее, — таким хмурым мне Еж не нравился.

— Я одного не могу понять, — всплеснула руками Тень, — зачем ей врать?

— Это могло быть что-то личное, — тихо ответил Олег, и мы все дружно уставились на него.

— Выкладывай, — требовательно сказала Тень.

— Я толком ничего не знаю, — угрюмо продолжил Еж. — Она же о себе ничего не рассказывала, кроме того, раза. Я и так к ней, и эдак. А она — молчок. Смотрит на меня своими глазищами, по щеке гладит. Говорит, что все будет хорошо.

— Может, у нее новое видение было? — предположила Тень.

— Я такого не замечал.

— Ты ж, балда, не каждую секунду с ней рядом! Там делов-то на пять минут.

Еж потер лысую голову и дернул плечом.

— Все равно нужно ехать. Вдруг чего случилось.

— Хорошо, — я кивнул, — раз ты считаешь, что есть повод для беспокойства, то поехали, — я глянул на Алексу. — Ты фиксировала что-нибудь такое, что подтверждало бы у Матильды новое видение?

— Недостаточно информации, — таков был ответ помощницы.

Через десять минут мы уже садились в мобиль. Еж нервничал все больше, его сила тревожно гудела над ладонями, как бы он ни пытался взять себя в руки.

Доехав до города, Ветер направил мобиль в сторону ателье. Его мы решили сделать отправной точкой поисков. Дальше уже шли пешком, ориентируясь на карту Алексы.

Нужное место, где терялся сигнал маячка Матильды, мы нашли очень быстро.

— Тут ничего нет, — оглядываясь, сказала Тень. — Заборы, заборы и ничего кроме заборов.

— Я с тобой не согласен, — мне уже Алекса подсветила лазейки, которые старательно были спрятаны за густыми кустами.

Ветер кивнул, соглашаясь со мной. Тень скривилась, уж больно она не любила быть неправой.