Через метров пятьдесят, похожих больше на пятьдесят километров, врач остановилась возле двери с табличкой «Белотелова А. И.».

— Проходите, — она прижала пластинку к выступу, — располагайтесь.

Я вошел и озадаченно огляделся. В кабинете практически ничего не было, кроме тусклой лампочки под потолком и одного-единственного стула. Его-то и заняла врач.

— Вставайте в центре, — без единой нотки эмоций сказала она. — И замрите.

Едва я выполнил ее указания, как вокруг меня закружились потоки магии, кусая кожу разрядами. Больше всего досталось затылку: от вспышки боли к горлу подкатила тошнота.

Анна Николаевна хмурилась и продолжала воздействовать на меня силой. Сквозь мерное гудение заклинания я расслышал ее тихие слова:

— Плохо, очень плохо. А это хорошо.

Что именно хорошо, я не понял, а вот где плохо — сразу догадался. Боль резанула затылок, да так сильно, что я чуть не отключился.

И вдруг все закончилось.

— Вы свободны, палату сами найдете, — сказала она и поднялась.

— И каков вердикт? — голова продолжала пульсировать.

— Я уже все вам сказала.

— Этого недостаточно.

— Что вы хотите узнать? — нахмурилась она.

— Что именно делает ваша сила?

— Стимулирует магические каналы, — я вопросительно посмотрел на нее, и она со вздохом продолжила: — Подстегивает процесс регенерации, укрепляет, очищает. У вас очень запутанная ситуация. Меня больше волнует затылок. Он выглядит так, словно по нему заехали магической стальной трубой. Опираясь на более понятную конструкцию, у вас в голове шишка. И мне нужно ее уменьшить, чтобы сила снова начала правильно циркулировать в теле.

Она замолчала, глянула на свой планшет с бумагами, прочитала мое имя, написанное крупными буквами, а потом перевела взгляд на меня.

— А если учитывать ритуал лишения магии, то вот вам мое заключение — магии у вас не будет. Кристалл надежно заблокировал каналы. Но эта шишка…

— Что «шишка»? — напряженно спросил я.

— Как комок в манной каше, — брезгливо ответила она. — Мешает.

— И может стать причиной смерти?

— Да, магия тесно связана со всеми процессами в организме. Поддерживает в вас жизнь, ускоряет процесс регенерации. И если это взаимодействие нарушить, то начнется отравление, а потом уже смерть. И в вашем случае, очень скоро.

— Вы сказали, что «очень скоро». Сколько?

— Трое суток максимум. Сейчас вам пошло на пользу лишение магии. Организм подстроился под эту блокировку, поэтому срок такой большой. Любому другому пациенту я бы сказала, что счет идет на часы.

Я кивнул и отправился в обратный путь до палаты.

«Магии у вас не будет», — я мысленно повторил ее слова. Но как же та молния, которая вылетела у меня из рук? Откуда тогда она взялась?

Снова вопросы! Как же это раздражает!

Тень ждала меня у двери, прислонившись плечом к косяку. Ее лицо было недовольным, а пальцы сцеплены в замок.

— Что эта стерва тебе сказала?

— Почему стерва? — удивился я. — По-моему, она отлично знает свое дело.

— Она просто пожирала тебя глазами!

— Ты ревнуешь? — мои брови приподнялись.

— Я? Нет! Чушь какая, — она резко развернулась и вошла в палату.

Я пожал плечами и зашел следом. Матильда подскочила со стула и внимательно меня оглядела.

— Да, в тебе точно что-то изменилось, — сказала она. — Но что именно я не понимаю.

Она прошлась вокруг меня и даже ущипнула.