— Они нас не слышат? — в его голосе прозвучал испуг.

— Нет, паралич и сон.

— Интересная вы личность, Тимофей Викторович, — покачал он головой. — А вода у вас есть? И какое сегодня число?

— Потом, все потом.

— Куда прыгать? — он встряхнулся, проверяя, как работают мышцы.

— Я переместился из сквера Скрябина в Дубровске, знаете такой?

— Удивительно, но знаю. Место не людное, но небольшое. Но почему не Мосград?

— Там ждет мой человек, Ветер, вы его видели, — я проигнорировал его вопрос.

— Да, хорошо. Тогда поехали?

— Вы, потом я сразу за вами, если вдруг промахнетесь.

— Не доверяете? — понимающе спросил Артем.

— Я все равно вас могу найти везде, где бы вы ни спрятались, — пожал я плечами.

Я не угрожал, а просто констатировал факт. Но Дягилев едва заметно вздрогнул и опустил голову.

А потом исчез.

Я подождал полминуты и прыгнул за ним, дернув за нить его ауры. И в следующее мгновение мне уже в лицо дунул легкий ветер Дубровска. Дягилев тяжело привалился к скамейке, Ветер застыл рядом с ним, но не как угроза, а как наблюдатель.

— Вам нужно в больницу, — сказал я, увидев синяки и ссадины при нормальном освещении.

— Я сам брошу лечилку, все в порядке. Вы должны куда-то меня отвести?

— Могу сразу к Калинину, чтобы вам не пришлось два раза рассказывать вашу историю.

Дягилеву ничего не оставалось, как согласиться. И я активировал артефакт, теперь тайная служба знает, где я нахожусь.

— Пока ждем, вы хотели воды, правильно я помню? Тут есть кафе, — я махнул рукой на другую сторону улицы. — Оттуда мы сразу увидим, когда за нами приедут.

— Мне бы сначала умыться, — растерянно сказал Дягилев, тронув рукой за разбитые губы.

— Запускайте лечилку, — резко сказал я. — Она все уберет.

— Простите, голова не соображает, — он нахмурился, сосредоточился и даже прикрыл глаза.

Было видно, что ему тяжело дается такая простая магия. Я на всякий случай попросил Алексу проследить за его заклинанием. Мало ли что там, может, быть? Вдруг Дягилев сейчас самоубьется о собственную силу. А мне этого совсем не нужно.

Но через минуту я и сам увидел, что лечение вовсю работает: синева начала сходить, пропали разводы крови, да и губа пришла в порядок.

— Вот, теперь можно идти, — удовлетворенно сказал я. — Возьмем навынос, чтобы не задерживаться.

Мы зашли в кафе, Ветер сразу же подошел к официантке и продиктовал заказ. Еще я знаю, что он доплатил за срочность, иначе почему девушка сначала нахмурилась, а потом широко улыбнулась. Хотя может причина в том, что воздушник — весьма приятный мужчина?

Так или иначе, два пакета нам вынесли буквально через три минуты. Получив их, мы вернулись в сквер на скамейку и сразу приступили к еде. Дягилев выпил половину бутылки воды и вгрызся в бутерброд, будто не ел уже пару суток.

А я вяло ковырял содержимое своего, не особо хотел есть, но нужно было чем-то себя занять. Ветер вообще не стал трогать свою порцию.

— Нашей встречи прошло меньше суток назад, но вас уже начали искать, — сказал я, наблюдая за Артемом.

— Да, получается, я не пришел на встречу, на телефон не отвечал. Все правильно. А вот, кстати, и Иван собственной персоной, — Дягилев махнул рукой с зажатым бутербродом на вход в сквер.

Я глянул в ту сторону и увидел одного Калинина. Я-то думал, что он придет с группой поддержки! Но нет.

Он неторопливо подошел, встал рядом с нами и сказал:

— Рад, что ты в порядке, — он посмотрел на Артема, а потом повернулся ко мне, — Тимофей Викторович, вы снова нам помогаете.