Конечно, — согласно качнул подбородком мужчина. Глаза покрылись туманом, за которым могло скрыться что угодно: от веры до подозрений.

— Однако вы несколько запоздали, не находите?

— Намек?… — продолжи сам, — предложил Кир взглядом.

— Именно: на Его Светлость, опекуна Ее Высочества. Он слишком давно встал на сторону лорда Арлана и все усилия направлял лишь на его благо. Если бы не это, возможно можно было бы что-то исправить. Теперь же, да простит меня Ее Высочество за дерзость, бесполезно. Ямена принадлежала лорду номинально, сейчас официально, — вздохнул, разведя руками.

— Я расторгну брак, — буркнула Стася неожиданно для себя.

Герцог вяло улыбнулся:

— Конечно. Но… кто возьмется за это? Ваш брак был оговорен еще вашим отцом, помолвка состоялась, когда вам не было и трех лет от роду. Кардинал Де Вега давно скончался, а только тому, кто освящал сие таинство, дано его расторгнуть. Во всяком случае, попытаться. Нынешний же кардинал верой и правдой служит вашему супругу и, понятно, не пойдет даже на разговор о расторжении. Мне жаль, — развел руками, сочувственно скривив тонкие губы.

— Всегда можно найти выход, — упрямо заявила женщина.

— И вы его искали… пока ваш дядя силой не отвел вас к алтарю. Бытует мнение, что вы слишком много воли дали опекуну. Оно понятно, он рожден великим полководцем, а вы женщина и баталии любого масштаба вас не увлекают. Балы и безделушки, франты и прелести природы, вот стезя женщины. Власть не может иметь женское лицо.

Стася губы прикусила, чтобы не надерзить и не выказать чисто солдатские манеры. Ей стало ясно, что если в технократии правили женщины, здесь правят мужчины и отдавать свою власть не собираются. Но к чему это разделение? Уничижение одного и возвеличивание другого по половому признаку? Ведь гармония там, где плюс и минус в равенстве, где женщина и мужчина образуют одно.

Утро и вечер тоже разнятся, но входят в определенье — сутки вместе с ночью и днем. И каждому не тесно, и не стремится ночь украсть у дня кусочек, и вечер не считает себя хуже утра, а утро выше дня. Они в гармонии соединены и роль свою играют без размолвок.

— Зачем же "женское"? — с прищуром уставился на герцога робот.

— О! — рассмеялся тот и смолк, прижав кончик пальцев к губам. — Простите! Но слышал ли я что-то более остроумное? Соперник лорда Арлана? Браво. Вы развлекли меня столь смелой шуткой!

— Хм, — веко Кира дернулось, взгляд ушел к Русановой: ты поняла? Кажется, твой «супруг» неотразим.

Примерно, как Аттила, — скривилась та.

Кир не стал развивать эту тему и заявил:

— Я собираюсь соперничать лишь на военной стезе…

И смолк, услышав хохот. Герцог заливисто смеялся, до слез из глаз.

— Ах, простите, — стряхнул их. — Давно не встречал человека с настолько тонким чувством юмора. Позвольте спросить вас, уважаемый сэр?…

— Кир.

— Сэр Кир. Каким образом вы хотите устроить соревнование? Мечами, что вы предусмотрительно спрятали за мои французские портьеры? Две единицы вооружения против тысячи армии лорда Арлана.

— У нас есть армия, — сказала Стася.

— У вас?… Ваше Высочество, вы неотразимы, но увы, все, что у вас есть, это титул и красота. Все остальное давно принадлежит лорду Арлану. Еще со времен вашего прапрапрадеда повелось набирать в полки Арланы из населения Ямены. Вся ваша армия в замке Арла, а на своей земле вы не наберете и роту волонтеров. Не знаю как это удается лорду, но раз встав под знамена Арлана, никто уж не возвращается и служит верой лишь ему от рядового до генерала до конца жизни.