— Не очень ему эта идея понравится, я так полагаю, — усмехнулся Славянин.

— И поэтому он не будет спать всю ночь, — сказал Карпенко. — Будет думать, как бы ему сбежать. Ведь ничего другого ему при таком раскладе не остается — не так ли?

— Как же он сбежит, если мы с ним будем ночью пристегнуты друг к дружке? — хмыкнул Лютый. — Или?..

Он вопросительно посмотрел на командира, и тот кивнул.

— Вот именно — или, — подтвердил он невысказанное предположение Олега. — Мы с вами с расстройства, что не смогли вскрыть контейнер с лэптопом, сегодня вечером спиртом утешимся. Ведь все американцы считают русских законченными алкоголиками, которые от горя или радости сразу за спиртное хватаются и напиваются до полусмерти. Вот ты, Лютый, и забудешь пристегнуть к себе пленника. С пьяного что взять? Или сделаешь это как-то не очень аккуратно. Ты понял, о чем я тебе толкую?

— Понял, — снова усмехнулся Олег. — Только где ты спирт возьмешь, командир? У нас его с собой нет. Да и вообще, нет тут спиртного поблизости.

— И не надо. Ты что же думаешь, мы и вправду будем пить? У меня есть одна ампула со спиртом в аптечке. Немного смочим одежду и губы, и ладно. Запах от нас будет по всей палатке. А большего нам и не надо. Пить будем воду, — наставительно заметил Кречет.

— Жалко — на одежду-то, — шмыгнул носом Лютый.

— Ничего, переживешь, — похлопал его по плечу Славянин.

— Чемоданчик небрежно и так, чтобы Хендерсон его видел и мог нащупать даже в кромешной тьме, поставим неподалеку от выхода, — сказал Кречет.

— А он побежит в пустыню, да еще и ночью? — резонно заметил Сотников. — А если не рискнет?

— Рискнет, — уверенно ответил Карпенко. — Это для него будет единственный шанс спастись от отправки на российскую каторгу в Сибирь, где медведи по улицам ходят. Мы ему и фонарик приготовим, чтобы ему не так страшно было, — улыбнулся он. — А утром на него, в какую бы сторону он от базы ни пошел, все равно наткнутся. Или солдаты, или беспилотник его обнаружит. Уйти далеко он не успеет. Вот нам, как только он уйдет подальше, нужно будет сразу же с места сниматься и уходить через границу.

— С этим все ясно, — после недолгого молчания сказал Лютый. — Но мне пока непонятно, как мы до танка доберемся? Жучок жучком, а танк-то — под присмотром целой оравы военных. Не будем же мы базу турок на ура брать. Или потому мы и отходим за черту, чтобы там с ливийцами потом организованно…

— Нет, базу мы ни на ура, ни с ливийцами организованно атаковать не будем, — перебил Лютого командир. — Мы будем ждать.

И Карпенко подробно объяснил всем свой план действий, после того как они перейдут на сторону, подконтрольную ЛНА.

Глава 19

Ливийская Сахара, военная база Харпут

Хендерсон споткнулся и упал ничком, уткнувшись лицом в песок. Поднявшись, он с трудом сел и вытер рукой пот и налипшие на лицо песчинки. Солнце было уже довольно высоко, и жара давала о себе знать. Хотелось пить, но воды у Хендерсона не было.

— Идиот, — прошептал программист пересохшими губами. — Какой же я идиот! Решился бежать в пустыню, совершенно не умея ориентироваться. Даже не прихватив фляги с водой! Повелся, как пятилетний ребенок, на слова русского, что их палатка всего в пяти километрах от военной базы. Он ведь мог и соврать. С пьяного-то что возьмешь?

Хендерсон еще раз вытер лицо, аккуратно пристроил на коленях чемоданчик, предварительно отряхнув его от песка, огляделся и продолжил свой монолог.