Он вспомнил слова Хазат. Генерал Маранта никогда не участвовал в сражениях. Он вместе с гвардейцами Владычицы провел всю Войну Копья в Нераке как почетный страж Храма, ручной драконид Повелителей Драконов. Но дело даже не в этом. Кэн представил, как бы он сам вел себя на месте генерала. Он бы сражался! Участвовал в боях, а не только инспектировал драконидские части. Генерал поступил иначе, а когда, наконец, надо было сражаться – он бежал.

Конечно, генерал Маранта не был трусом. Среди драконидов трусы вообще не встречались. Но он не привык брать ответственность на себя, рисковать собственной головой! Это видно хотя бы по бастиону, который он соорудил для себя лично внутри крепости. Более того, он не доверяет своим солдатам. Он типичный аурак, которому нет дела ни до кого, кроме собственной персоны. Кэн подумал, что если бы Маранте предложили сохранить его жизнь в обмен на всех драконидов крепости, он, пожалуй, легко пошел бы на эту сделку. Генерал построил эту крепость не как последнее прибежище для расы, а как памятник себе самому.

Кэн решительно взял чертежи и отправился на совещание. Он прибыл с опозданием, но теперь это было уже не важно.

– Мы рады, что вы сочли возможным почтить нас своим присутствием, – саркастически обратился к нему генерал, когда Кэн вошел в шатер.

– Виноват, генерал. Прошу меня извинить.

– Я как раз говорил, – великодушно продолжил генерал, – что ваши саперы уже проделали большую работу по ремонту и укреплению крепости.

– Спасибо, генерал! – поблагодарил Кэн, чувствуя себя все хуже, а генерал между тем продолжил:

– По донесениям разведки, гоблины выступили. Они двигаются медленно, вы знаете этих бестолковых тварей, кроме того, их задерживает огромный обоз. У нас есть, по крайней мере, сорок восемь часов на подготовку к обороне. Я нарисовал план обороны. Господа офицеры, прошу подойти к карте.

Маранта говорил быстро и четко.

На стенах будет находиться Двенадцатый пехотный полк. Они прекрасные лучники и смогут нанести существенный урон гоблинам, пока те будут готовиться к приступу.

Остальные пять полков пехоты и все вспомогательные подразделения, включая и бригаду Кэна, будут ждать внутри крепости.

Третий полк тяжелой пехоты будет находиться около боковых ворот, готовый начать контратаку, как только потребуется. Разведывательный батальон под командованием Белкрада был уже выведен за пределы крепости с приказом тревожить тыловые подразделения гоблинов, правда, особой пользы от этого маневра никто не ожидал.

Два полка с катапультами, обслуживаемыми Третьим артиллерийским дивизионом, должны быть размещены вблизи стен и поддержат Двенадцатый пехотный в случае атаки гоблинов.

Четвертый и Девятый полки тяжелой пехоты предполагалось расположить у главных ворот крепости. Когда гоблины бросятся на штурм ворот, эти два полка, не раз прославившие себя на поле боя, выйдут через распахнутые ворота и…

План генерала предполагал ошеломить противника. Вертакс, командир Девятого полка, похлопал по своему богато украшенному мечу и пообещал лично зарубить двух гоблинских предводителей. Другие офицеры не захотели отставать, и хвастливые заявления посыпались со всех сторон.

Бригада Кэна и Десятый пехотный полк должны были стать своеобразной пожарной командой. Их предполагалось использовать на участках прорывов, а кроме того, они, оправдывая свое название, должны были тушить пожары.

Кэн был удивлен, но удивлен приятно. Генерал Маранта, может, и не участвовал ни в одном сражении, но стратегию и тактику ведения боя он выучил хорошо. Он прекрасно знал возможности своих войск и характер командиров. Офицеры задали несколько уточняющих вопросов, но в целом всем было понятно, чем им придется заниматься в грядущем сражении.