Вельдер с любопытством посмотрел на нас. Спросил:

— Вы хотели меня видеть?

— Мир тебе и твоему дому, уважаемый и мудрый Вельдер! — произнес я, впрочем, не зная, как правильно это сделать в этом мире.

Судя по довольному лицу главы, приветствие ему понравилось.

— Зачем явились? — спросил он. И едва его взгляд упал на Бороду, как лицо исказилось в недовольстве. — И этого сюда притащили!

— Мы пришли чтобы собственными глазами увидеть твою мудрость, Вельдер.

Глава феода вопросительно глянул на меня.

— Эти парни — заложники обстоятельств, — произнес я, кивая на Бороду. — Их деревню накрыла Чернота.

— Это мы уже знаем, — раздраженно произнес Вельдер.

— Мудрый Вельдер, осмелюсь попросить вас только представить, чтобы вы почувствовали, если бы такое случилось и с вашим городом, упаси боги от такого. Борода поступил так, как поступил бы любой правитель или вожак — он захотел защитить своих людей. Да, своеобразно. Но он поддался эмоциям. Его не стоит за это винить. Однако он осознал, что поступил неправильно. Он пришел сам к вам, чтобы сообщить, что отводит своих людей.

Вельдер рассмеялся.

— Пришел отвести? Ну пусть попробует! Все его солдаты в плену!

— Мы просим у вас снисхождения, мудрый Вельдер, — продолжил я. — Люди Бороды — не воины. Они простые ремесленники, у которых отобрали все. Они не хотели никому причинять плохого.

Я повернулся к Бороде, давая знак, чтобы и тот как-то начал помогать мне.

Борода переминался с ноги на ногу. Но все же, наступив на горло собственной гордости, сказал:

— Вельдер, я прошу прощения и снисхождения для нас. Отпусти моих людей, и они больше никогда тебя не побеспокоят. Они забудут дорогу сюда и уйдут из этих мест. Можешь забрать вместо них меня. Это я во всем виноват. А они… Они лишь выполняли мои приказы.

Вельдер молчал, пристально глядя на нас. Он размышлял как поступить и думал, какой приговор и вердикт вынести.

Мы тоже ждали.

— Я бы немедленно приказал казнить их всех, — Вельдер указал на стоящих, — если бы на них был тяжкий грех. Но греха на них нет.

Борода вопросительно глянул на Вельдера.

— Они не убили ни одного моего война! — рассмеялся тот. — Горе-витязи! Идите прочь и не возвращайтесь. Идите, пока я нахожусь в добром расположении духа. Сегодня праздник урожая. Пусть боги примут это прощение как признание их мудрости!

Вельдер вскинул руки к небу. Потом отдал приказ своим солдатам, чтобы те выпустили всех пленных.

— Ни одного? — шепнул я Бороде.

— Так мы же не солдаты, — стыдливо пожал тот плечами. — Вот подков наковать — это мы можем. Нужны подковы?

— Не нужны мне подковы! — ответил я. — Лучше идите прочь, пока Вельдер дает такую возможность.

— Но учтите, — сказал Вельдер. — Если мои дозорные увидят вас вновь, то второго прощения вам не получить. Напротив, я прилюдно, прямо на этой площади казню вас — в знак того, что вы не держите своего слова.

— Они все поняли, — поспешно произнес я.

— Поняли, — кивнул Борода.

— Тогда уходите. Утомили.

Мы поспешно попрощались с Бородой, пожали руки. Он, окрыленный тем, что у его людей началась новая жизнь, принялся рассыпаться в благодарностях. Хвалил как мог, но скудный словарный запас не давал быть особенно красноречивым, поэтому он просто принялся обнимать всех.

— Камней насобираем! — заверил он. — Дайте нам пару дней — и мы все сделаем.