Кузякин был в ярости.

— Успокойтесь, — произнес я.

— Вы говорите мне успокоиться⁈ Да вы ничего не понимаете! Я мечтал об этой бутылке с тех самых пор, как заложил первый камень этого хранилища. Вы не представляете, как я долго ждал, когда «Императора» выставят на аукцион. А вы… вы просто взяли и забрали мою мечту!

— Я вижу, что она вам дорога. Поэтому я готов предложить вам сделку, — продолжил я, не давая ему опомниться.

— Сделку? — насторожился Кузякин. — Какую сделку?

— Вы получаете «Императора», а я…

Я сделал многозначительную паузу, заставляя Кузякина еще больше нервничать.

— Мне нужна ваша доля земли, которая расположена возле моего поместья.

Кузякин некоторое время молчал, соображая, о чем идет речь. Потом, глянув на Алену, все понял.

— Ему можно доверять, — сказала девушка.

— Ну так как мое предложение? — спросил я. — Вы получаете еще одну жемчужину в свою коллекцию, а я — кусок земли, поросший бурьяном? Как вам такое предложение?

— Нет, — перебил меня Кузякин, внезапно растеряв всю свою прежнюю уверенность. — Нет, это невозможно.

— Почему же? — удивился я. — Вы же сами только что говорили, что готовы на все…

— Да, но… — Кузякин замялся, — видите ли, эта земля… она не совсем моя. Вернее, она принадлежит компании, а я… я просто управляющий.

— И это меняет дело? — спросил я, прищурившись. — Вы хотите сказать, что не можете распоряжаться имуществом компании?

— Ну… — Кузякин замялся еще больше, — не совсем так. ЕрмакИванович… то есть, мой шеф, он… он очень строгий человек. И он не одобрит…

— Не одобрит обмен земли на бутылку виски? — закончил я за него. — Или он просто не знает о ваших маленьких слабостях?

Кузякин покраснел еще сильнее и опустил глаза.

— Что ж, тогда «Император» так и не окажется в ваших руках, — вздохнул я. — Впрочем, есть хорошая новость — я смогу попробовать виски, который делал сам Император Российской Империи!

Мои слова слово ножи ранили сердце Кузякина. Он сморщился.

— Этот виски создан не для того, чтобы его пить! — гортанно прошипел он.

— Ну это уже мне решать, — пожал я плечам. — Ведь бутылка то моя. Могу выпить, а могу и коктейль сделать. Говорят, с газировкой, льдом и ванильным сиропом вполне неплохо идет.

Кузякину от этих слов чуть не стало плохо.

— А вы продолжайте управлять землей, которая, к слову, вся заросла полынью.

Я поклонился.

— Приятно было получить новые знания в дегустациях. Пойду, применю их за ужином. Думаю, под икру и мясо этот виски будет в самый раз! Имею честь!

— Постойте! — выдохнул Кузякин. — Не спешите уходить. Мы еще не всё попробовали.

Кузякина раздирали сомнения. Нерешительность не давала принять ему решение, парня нужно было подтолкнуть.

— Послушайте, Вадим, — я понизил голос, — никто не узнает о нашей сделке. Ермаку незачем знать, как именно вы распорядились этим клочком земли.

— Но… — Кузякин все еще колебался, — а если он спросит?

— Скажете, что продали ее по выгодной цене, — пожал я плечами. — Или обменяли на что-то ценное для компании. Например, на акции какого-нибудь перспективного предприятия.

Кузякин задумался, теребя в руках пустой бокал. Я видел, как в его глазах борются страх и желание. Желание обладать «Императором» явно брало верх.