— Круто! — искренне восхитилась ведьма. — Ничего себе такой музейчик. А тут есть что-нибудь более древнее? Интересно было бы глянуть, что же там можно найти.

Она легко включилась в игру. Юля тоже загорелась энтузиазмом. Она лишь недавно прочитала «Код Да Винчи», и большая часть символов, обозначенных друзьями, была ей знакома.

— Так, — Алек просматривал буклет. — Тут еще много чего есть, но далеко не все доступно туристам. Но все же мы можем посетить Троицкую звонницу, святой источник преподобного Назария, беседку для раздумий… Последнее, я думаю, нам сейчас просто не надо.

— Тебе это не только сейчас не надо, — не удержалась Юля. — Раздумья — это по жизни не по твоей части.

— Знаешь что? — подняв глаза от буклета, отозвался он. — Тебе это близко? Так вот топай в свою беседку и думай. Вернее, учись это делать.

Елена тяжело вздохнула. Эти двое были ее друзьями. Причем, самыми близкими. Но они в принципе не были дружны между собой. Юля и Алек терпели друг друга только из-за нее.

— Так куда мы идем? — немного раздраженно вернула она их к прежней теме, пока они не вцепились друг в дружку прямо возле собора. Хотя запрещающей драки таблички тут не было.

— Дальше, — Алек, бросив на Юлю последний свирепый взгляд, вернулся к чтению. — Келейные корпуса и Святые врата. В последних есть надвратная церковь, но туда не пускают. А! Вот еще и часовня Иоанна Крестителя.

— С учетом наличия в соборе иконы с его головой на блюде, — размышляла Елена. — Нам следовало бы именно в эту часовню и податься.

— Типа так знаки указывают? — уточнила Юля.

— Вроде того, — согласилась быстро ее подруга, видя, что Алек уже готов выдать какой-то свой явно язвительный ответ.

— Лен, — шагая рядом с ней через двор, поинтересовалась Гелла. — А там голова как? Просто на блюде? Это часть общей картины?

— Нет, — ответила Елена. — Это и есть вся картина.

— Странно.

Было видно, как игра все больше притягивает ведьму.

Часовня располагалась налево от входа в монастырь, прячась за деревьями. Они прошли мимо церковной лавки под холмом и спустились по одной из аккуратных тропинок. Перед часовней располагался еще один небольшой выложенный брусчаткой дворик, а само здание окружал невысокий недавно сколоченный штакетник.

— О, — Елена оживилась, разглядывая часовню снаружи. — Это здание было построено где-то в семнадцатом веке. Классический вариант архитектуры того времени.

— Как сейчас помнишь? — не удержался друг от усмешки. — Хотя, если верить путеводителю, ты права. Как догадалась?

— Видишь ли, милый, — улыбнулась подруга. — Где-то классе в шестом я мечтала стать архитектором. И много что успела прочесть по этой части. А перед поездкой сюда, еще и по церковной архитектуре литературку почитала. Эта церковь была построена после Никоновской реформы. Здесь нет шатра, который свойственен более ранним постройкам. А далее….

Алек даже не представлял, что такое этот шатер. В объяснения дорогой подруги о восьмерике на четверике, он тоже постарался не вникать. Понял только, что это куб, на котором построен еще один, но со срезанными гранями. Вообще, часовня именно так и выглядела. Куб, а на нем невысокая башенка с небольшими окнами, а выше — золотая маковка. Они дружно поднялись по ступенькам крыльца с резными столбиками из дерева.

Внутри было как-то… Алек назвал свои впечатления двойственными. Во-первых, казалось, что часовня внутри просторнее, чем могло бы показаться извне.