|
И что я ни к кому еще не испытывал таких чувств… Да, и еще одно — я никогда не позволял себе выглядеть полным идиотом с кем-то, кроме тебя.
Сирил замолчал. На его лице не отразилось ни тени сомнения в собственных словах. Олли подумала, что сейчас он очень похож на свою мать, но ее мысли очень скоро потонули в той беспокойной радости, которой она уже давно не испытывала. Сирилу она была так же дорога, как и он ей, — в этом не было никаких сомнений. Но, может быть, они все-таки торопятся?
Он молча смотрел на нее — ждал ответа.
— Сирил, думаю… Нет, — поправилась Олли, — я не думаю, я знаю, что ты тоже мне дорог. Очень дорог. Я хочу видеть тебя, я скучаю по тебе. И мне бесконечно, безумно нравится то, что ты перестал бояться выглядеть смешным. Но твоя мать, знакомство с родными и близкими, все это… В общем я боюсь, что все это испортит то, что между нами возникло.
Сирил ласково обнял ее за плечи.
— Как это можно испортить? В конце концов, наши с тобой чувства — не какой-нибудь фрукт, чтобы портиться из-за того, что его забыли положить в холодильник.
— Да уж, чудное сравнение, Сирил Блэкмур, — беззлобно хмыкнула Олли. — А главное — кулинарное.
— Попрошу без сарказма. Я, в отличие от вас, Олли Дангл, не мастер изысканного слога.
— Кто бы спорил, — вздохнула она. — Что ж, если ты так хочешь, мы поужинаем с твоей мамой.
— Мне нравится твоя готовность к жертвам, — серьезно посмотрел на нее Сирил, — но силком тащить тебя на ужин тоже не хочется.
— Теперь я должна уговаривать тебя? — хмыкнула Олли. — Может, остановимся на том, о чем уже почти договорились?
— Ты права, — кивнул он. — И я очень рад, что ты согласилась. Предлагаю отметить это событие. — Он снова потянулся за бутылкой.
— Может, я все-таки приторможу? — с сомнением в голосе поинтересовалась Олли.
— Ерунда. Вино легкое, а ты выпила совсем немного.
— Кстати, Сирил, — спросила она, пригубив вино, — а твой отец — он-то будет на этом ужине?
— Нет. — Сирил заметно помрачнел. — Мистер Блэкмур давным-давно отправился к праотцам.
— Извини… — виновато пробормотала Олли.
— Ничего, в отличие от мамы я уже смирился с этим фактом. Это было почти двадцать лет назад.
— Твоя мать до сих пор не может смириться с его потерей?
— Утверждает, что может. Но как иначе объяснить то, что она до сих пор не вышла замуж?
— Может, ей удобнее жить одной?
— Не знаю, — пожал плечами Сирил. — У нее было много поклонников, и один — самый преданный. Вот только мать…
— Что?
— Да так, ничего. — Он покачал головой. — Мне, во всяком случае, кажется, что она вбила себе в голову, что должна хранить верность отцу до конца своей жизни. Знаешь, у нее все всегда по правилам, все должно быть идеально. Вот и в браке — если верность, то до гробовой доски.
— Выходит, тебя воспитывала только мать?
— Да, — кивнул Сирил. — А еще со мной проводила много времени ее подруга, Бесси Дрю. Она замечательная женщина, но они — совершенно разные люди.
— А что случилось с твоим отцом? — осторожно поинтересовалась Олли. — Если ты, конечно, не хочешь об этом говорить…
— Странная вышла история, — задумчиво начал Сирил. |