Но внимание Эбби было приковано не к ним.

Она ощутила присутствие Данте сразу же, как только он переступил порог помещения. Ее захлестнула волна радости. Сердце, казалось, готово было выскочить из груди. Эбби разглядела Данте в густой тени, в которой он скрывался от мага.

Он был жив и свободен! Эбби верила, что Данте непременно спасет ее.

Однако ее радость омрачилась, когда в мерцающем свете горящего факела Эбби заметила на рубашке Данте пятна крови. Она вдруг вспомнила слова Амила о том, что какой-то вампир зверски убил женщину по имени Кайла. Эбби и подумать не могла, что это ужасное событие как-то связано с Данте. Разве мог он перегрызть горло женщине?

После того как Данте появился в зале, из нее таинственным образом исчезли служащие. Это тоже навело Эбби на определенные мысли. Теперь она уже смотрела на Данте с опаской.

Он походил на молчаливую, скользящую вдоль стен смерть. Безжалостный убийца хладнокровно преследовал свою жертву и беспощадно расправлялся с ней.

По коже Эбби пробежал мороз, когда она увидела его напряженное, превратившееся в застывшую маску лицо, на котором ледяным огнем горели серебристые глаза. В Данте ожил настоящий вампир, демон, скрывавшийся до поры до времени под личиной человека.

Эбби бросило в дрожь. Однако она не испытывала страха за свою жизнь. Возможно, это было наивно с ее стороны, но Эбби не верила, что Данте способен причинить ей вред.

Ее охватил страх совсем другого рода. Эбби начала уже считать Данте своим бойфрендом, любимым, близким другом… До сих пор она не принимала в расчет его опасную сущность.

И вот теперь ей следовало всерьез задуматься о своих отношениях с вампиром. То, что она сейчас видела, было неожиданным ударом.

Тем не менее Данте был ее единственной надеждой на спасение. Если он не поможет Эбби, если не выведет ее из этой пещеры до полуночи, она достанется на ужин какому-то ужасному злому духу. Жизнь была сейчас важнее душевных переживаний.

До слуха Эбби доносились звуки борьбы. Мастер и его помощник продолжали сражаться в центре помещения. Воздух потрескивал, как от электрических разрядов. Однако Эбби не смотрела в их сторону. Она не сводила взгляд с приближающегося вампира.

Ей казалось, что пока Данте находится в поле зрения, с ней не случится ничего страшного. Это, конечно, был самообман, пустая иллюзия. Но как еще могла успокоить себя привязанная к столбу пленница, обреченная на ужасную участь?

Ее рот был туго перетянут повязкой, и она не могла издать ни единого звука. Данте тем временем подходил все ближе. Он тоже не спускал с нее своих серебристых глаз, как будто заклиная Эбби не пугаться и не паниковать.

Данте правильно оценил ее состояние. Если бы Эбби не была крепко привязана к столбу, она бы уже давно упала на землю и забилась в истерике от ужаса. Какое малодушие! Разве так ведут себя спасители мира?

Осторожно обойдя сошедшихся в яростном поединке магов, Данте медленно подплывал к ней.

У Эбби замерло сердце, когда он вдруг исчез у нее за спиной. Она больше не видела его. Что с ним случилось? Может быть, он бросил ее? Эбби стало трудно дышать.

Но тут она почувствовала прикосновение холодных пальцев к своим запястьям, и от сердца отлегло. Однако до полного освобождения было еще далеко, и расслабляться не следовало.

Вскоре веревки, которыми она была связана, упали на пол, и Эбби ощутила, как сильно занемели руки. Кровь снова хлынула по венам, и Эбби почувствовала болезненное покалывание.

Данте снял повязку с ее рта.

— Молчи, — шепнул он на ухо Эбби.

Кивнув, Эбби сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, а потом шагнула прямо в объятия Данте.

Если бы он вовремя не поддержал ее, она бы рухнула на пол. У Эбби подкашивались колени. Однако медлить было нельзя. Обняв Эбби за плечи, Данте потащил ее ко входу в узкий коридор в другом конце помещения.