ГЛАВА 15

Таверна «Черный дьявол» находилась в узком переулке недалеко от Бишопсгейта.

Себастьян шагал по сумрачным улицам, скупо освещенным то изредка попадавшимся  шипящим масляным фонарем, то коптящим факелом, воткнутым в скобу высоко на древней стене. Здешние строения относились к временам Тюдоров и Стюартов, поскольку эта часть Лондона избежала разрушительного Великого пожара. Округа, в которой некогда обитали придворные Якова I,  в течение последнего столетия все больше и больше приходила в упадок. Затейливые резные фасады, нависающие над тротуаром, осыпались и ветшали, пронзавшие  темное ночное небо высокие витые дымоходы опасно кренились.

Днем это был район мелких торговцев: кожевников и бакалейщиков, часовщиков и портных. Но сейчас все магазины на ночь закрылись, и улицы перешли в безраздельное владение завсегдатаев винных лавок и таверн, из которых в сумрак выплескивались золотистые прямоугольники света и громогласный смех.

Напротив «Черного дьявола», в тени глубокого дверного проема в лавку набойщика Девлин остановился и окинул взглядом треугольный фасад таверны и старомодные окна с ромбовидными переплетами. К балке над входом была подвешена  потрескавшаяся деревянная вывеска, изображавшая черного дьявола с желтыми глазами и остроконечным  хвостом на фоне языков оранжево-красного пламени. Тронутая резким порывом жаркого ветра, вывеска закачалась на поскрипывающих цепях.

Пересекши узкий переулок, виконт толкнул дверь в шумный общий зал с низким потолком, вымощенным каменными плитами просевшим полом и почерневшими от вековой копоти дубовыми панелями на стенах. В помещении стоял густой дух табака, эля и немытых, натрудившихся мужских тел. Посетители, толпившиеся возле барной стойки и сидевшие кучками за столами, покосились на вошедшего и опять вернулись к своим кружкам, игральным костям и шашкам.

– Чего вам угодно? – окликнула Девлина молодая женщина за стойкой, проницательно оценивая визитера прищуренными миндалевидными глазами. Темноволосая, симпатичная, с крупным алым ртом и нежной белой грудью, соблазнительно возвышавшейся над глубоким вырезом атласного малинового платья, она выглядела немногим старше двадцати лет.

Себастьян пробрался сквозь толпу и пристроился у стойки вполоборота, чтобы видеть общий зал. Среди лавочников и работяг,  уличных торговцев и мелких воришек виконт в замшевых бриджах, белоснежном галстуке и изысканного кроя сюртуке из батской шерсти выделялся, словно существо из другого мира. Остальные посетители немного отодвинулись, освобождая пространство вокруг новоприбывшего.

– Рюмку джина, – заказал Себастьян, подождал, пока барменша поставит перед ним выпивку, и добавил: – Я ищу Джейми Нокса. Он здесь?

Красотка за стойкой вытерла руки о высоко повязанный на талии фартук, не сводя глаз с посетителя. 

– А вы кто такой?

– Девлин. Виконт Девлин.

Она постояла какой-то миг, не выпуская фартук из рук, затем мотнула головой себе за спину:

– Позади таверны, разгружает провизию. Вдоль боковой стены есть проход, которым можно попасть во двор.

Себастьян положил на выщербленную стойку монету:

– Благодарю.

Темный проход вонял гнилью, рыбьими головами и мочой. Нависавшие с обеих сторон древние стены зловеще вздулись, поэтому кто-то укрепил их толстыми деревянными балками, чтобы не дать кладке обрушиться. По мере продвижения виконт понял, что задняя часть таверны выходит к погосту церкви Святой Елены, оставшемуся от несуществующего ныне монастыря бенедиктинок. Старинная деревянная колокольня церкви возвышалась над кладбищем, где под усиливающимся ветром тихо постанывали огромные вязы.

Возле входа  во двор таверны Девлин остановился. Двор выглядел даже древнее, чем само строение.