– Я хочу, чтобы ты узнал кое-что, Стил, – бросил Коб, криво усмехнувшись. – Я убил твою подружку Лили. Она обманула меня насчет тебя, вот и пришлось вернуться и вытрясти из нее правду. Доктору я сказал, что она упала и ударилась головой. Он подтвердил это, и никто в Орлином ущелье не посмел назвать меня лжецом. – Во взгляде Коба была решимость. Глаза Кейда блестели, мускулы напряглись. Он был похож на волка перед прыжком.

Прежде чем кто-нибудь успел промолвить слово, на поляне послышался шум. Коб и Стил выхватили ружья и подняли стрельбу. Грохот выстрелов эхом отразился от скал. Анабел схватила Брета за руку и закричала, увидев, что лицо Реда Коба залилось кровью. Упав на колени, он в отчаянии пытался зарядить ружье, кровь капала ему на грудь.

Кейд выстрелил снова.

На этот раз Коб упал лицом на землю. Его тело сотрясали судороги. В небе парили два орла. Кейд молча наблюдал за концом Коба: в его взгляде не было ни капли жалости.

Анабел закрыла лицо руками, а когда отняла их, Коб уже замер. Тишину нарушал лишь клекот орлов высоко-высоко в небе.

Лунный свет освещал террасу вокруг дома Риверсов.

Из окна гостиной Анабел смотрела на Кейда и Брета. Они стояли перед террасой и разговаривали. Она подумала, как похожи братья и в то же время, какие разные.

Незадолго до этого она и Кончита помыли посуду после праздничного ужина и расставили ее на полках, Аделаида подметала пол. На ужин была жареная говядина, цыплята в вареной фасоли. Семье Риверсов было что праздновать, с этого дня вся долина освободилась от тирана Лоури. В доме было тихо: Аделаида и Томас уже легли спать. Кончита, уютно расположившись на диване в гостиной, вышивала.

– Чудесный вечер! Не хочешь выйти к ним? – предложила Кончита, посмотрев на Анабел. Девушка колебалась.

– Так и сделаю.

Кончита нежно улыбнулась, убирая вышивание в корзинку.

– Пожалуй, пойду лягу. Хочу выспаться. Лоури мертв, его сообщники разбежались, думаю, нас никто не потревожит. По крайней мере некоторое время. – Сделав паузу, она посмотрела на Анабел и заметила в ее руках книгу. Взгляд мисс Бранниган был каким-то странным. – Что-нибудь не так? – спросила мексиканка.

– Да нет, все в порядке. Я только хотела...

– Продолжай. – Кончита дотронулась до плеча Анабел. – Наши проблемы решены, но сеньоры Маккаллумы не заснут, пока не решат свои семейные дела.

– Ты права, Кончита, – прижав книгу к груди, Анабел направилась к двери. – Пора нам разобраться во всем.

Брет сидел на террасе и сосредоточенно рассматривал свои ботинки.

– Пока не пришла Анабел, я хочу узнать у тебя кое-что. Ты влюблен в нее, Кейд?

Кейд свернул сигарету, закурил и сквозь дым внимательно смотрел на своего брата.

– О тебе можно сказать то же самое. Я ошибаюсь?

– Нет, черт побери, Кейд, она мой лучший друг. Я никогда не думал о ней как о женщине... Для меня она всегда была просто как сестра... Но...

– Что же?

– Ночью, на злополучном празднике у Лоури, я вдруг подумал, что могу относиться к ней по-другому. Она очень красива, к тому же преданная, умная. А глаза! До этого я никогда не замечал, как они блестят, в них появляются такие искорки... – Сдвинув шапку на затылок, Брет вздохнул. – Но когда я поцеловал ее...

– Ты поцеловал ее? – прищурился Кейд.

– Да, у конюшен Лоури, когда мы следили за его людьми.

– А потом?

– Так вот, когда я целовал ее, – небрежно продолжал Брет, – все было чудесно, только, – он увидел, как Кейд, сжав кулаки, поднимается со стула, и заговорил быстрее, – только я почувствовал, что в душе она не хочет этого.