О да, для большего…

От этой мысли она пришла в замешательство. Всего несколько часов назад она делилась своими сомнениями с отцом Павлом. Те чувства, что она испытывает сейчас, просто смешны. И являются проявлением слабости. Она обещала заставить Роберта поработать за каждый шаг, сделанный по пути к возобновлению их интимных отношений, и вот после этого…

– Думаю, ты это одобришь.

От звука его голоса она вздрогнула. Теплый, басовитый рокот доставлял ей удовольствие, как и выражение его потрясающих глаз.

– Что?

– Мой запах. – Он улыбнулся одними уголками губ – Ты, похоже, полностью занята им с того момента, как мы вошли в комнату.

– Вы… должно быть, ошибаетесь, милорд, – сдавленно произнесла Элизабет, надеясь, что ее щеки не заалеют снова и не выдадут ее притворства. – Я не занята ничем..

– Жаль. Я думал, у тебя достаточно острое обоняние, чтобы это почувствовать. Прислужник, что помогал мне умываться, дал мне порошок и сказал, что ты смешала его своими руками. – Роберт неотрывно смотрел на нее, все еще чуть улыбаясь. – Это хорошая смесь, миледи.

– Рада, что она тебе понравилась.

– Мне она понравилась бы еще больше, если бы понравилась тебе. – Его белые зубы блеснули. – Точнее, если бы тебе понравилось, как от меня пахнет.

На этот раз она не смогла сдержать себя, и ее щеки заалели.

– О… я, ах… да, теперь, когда ты упомянул об этом, я думаю, что этот запах очень хорошо тебе подходит. – Она сделала глубокий вдох, словно проверяя, как чувствуется аромат. – Мне очень нравится.

Черт побери, с каждой секундой она ведет себя все более и более глупо. Она хотела опустить голову, чтобы избавиться от прямого взгляда человека, чье присутствие заставляло неметь ее язык, но потом поняла: они стоят так близко, что, если опустить голову, она упрется лбом ему в грудь.

А это была восхитительная грудь, широкая и мускулистая. Но на эту грудь она не должна глазеть, если хочет сохранить здравым рассудок. Она может смотреть через его плечо. Но и его плечо тоже вызывало соблазн. Элизабет перевела взгляд выше, на правую сторону его лица, и увидела сильные, твердые линии скулы. И этот рот, словно созданный для соблазнения, поскольку возбуждал ее всего несколькими улыбками и поцелуями…

Элизабет слегка кашлянула, полная решимости заставить его сделать или сказать что-либо, что избавит их от слишком опасной и возбуждающей позиции у стены. Набравшись смелости, чтобы посмотреть ему прямо в глаза, Элизабет глубоко вдохнула и подняла взгляд. Это было ошибкой. От его взгляда по ее телу снова прошла теплая волна. А еще возникла какая-то постоянная приятная пульсация между ног, столь сильная, что Элизабет пришлось переменить позу. При этом их бедра соприкоснулись, и это погнало пульсацию выше. О Боже…

– Что-то не так? – тихо спросил он, не сводя с Элизабет глаз.

– Я просто думала… ты хочешь, чтобы мы стояли вот так, ничего не делая, весь час, – произнесла она.

– Нет. У меня другие планы, – ответил Александр после едва заметной паузы.

В этих словах слышался эротический подтекст, и Элизабет вынуждена была опереться о стену, чтобы не потерять равновесия.

– Однако я еще не начал измерять время с помощью песочных часов. – Он оглянулся на стол около камина. Там Элизабет узнала часы с кухни. – Я не собираюсь понапрасну тратить время, чтобы тебя искать и вести сюда.

– Мы сейчас, похоже, пришли сюда спокойно, – возразила она, полная решимости сдержать его напор и попытку ее соблазнить.