Если бы ему не было так больно, он бы рассмеялся при виде того, как Лиз поспешила выполнить его указание.

Немезида был очень доволен. Как он и предполагал, Лиз Бартон вернулась домой. Она не могла долгое время оставаться в разлуке со своим компьютером. Не могла долго оставаться без своей драгоценной работы, с помощью которой забивала другим женщинам головы ложью и аморальными суждениями. Она разрушала жизни других людей и должна заплатить за это.

Он покарает ее. Таково его предназначение. Лиз Бартон пожалеет о том, что ввела в заблуждение стольких женщин.

Немезида почесал голову. Волосы у него были жирные, а тело воняло. Ему следовало принять душ, но он не мог прервать свои наблюдения. Эта сука Бартон вела себя крайне непоследовательно. Вдруг ей вздумается поехать еще куда-нибудь, а он не сможет проследить за ней?

Немезиду мучил тот факт, что он по-прежнему не знал, где она провела последние несколько дней. Ее вылет не был зарегистрирован ни в Международном аэропорту Сиэтла-Такомы, ни в других аэропортах города. Ему удалось даже взломать код, открывающий доступ к регистрациям вылетов из Айдахо и Северной Калифорнии. Все впустую. Лиз Бартон не числилась ни в одном из списков. Не могла же она путешествовать инкогнито! Только не в условиях нынешнего усиленного контроля за путешественниками.

Осознание того, что ей не удалось провести День благодарения в кругу семьи, слегка приглушало гнев, ведь она нарушила его собственные планы на праздники. Она не заслужила права провести этот день со своими родителями после того, как навсегда лишила такой возможности его.

Хотя Немезида и знал, что в Техасе Бартон точно не была, он по-прежнему не имел представления о том, где все-таки она находилась в это время. Он даже не мог с уверенностью сказать – уезжала она из Сиэтла в компании Джошуа Уотта или нет. Этот человек навестил ее дома, но потом ушел, и больше Немезида не располагал никакой информацией. Точно так же, как никакой информацией не располагал он и о самом Джошуа Уотте. Его семья происходила с восточного побережья, но он не сумел выяснить, ни кем Джошуа работает, ни где живет.

И Немезиде это не нравилось.

Такого рода пробелы в информации могли разрушить любые планы. Несмотря на то, что Уотт ушел, Немезида был не настолько наивен, чтобы не понимать, что он в любой момент может вернуться. Однажды его уже провели. И больше такого не повторится. И поэтому ему необходима была информация об этом человеке.

Черт бы побрал сломанный аудиотрансмиттер! Видеотрансмиттер работал в ограниченном радиусе. В отличие от техасской квартиры Лиз Бартон, где установленный в колонке трансмиттер позволял наблюдать всю комнату, и даже дверь в спальню, в Сиэтле Немезида мог видеть лишь отдельные части гостиной. Это давало ему возможность знать, лишь когда Бартон возвращается домой, но он хотел быть в курсе того, что происходит в остальных комнатах. Придется как-нибудь заменить трансмиттер. Велико было искушение установить заодно и дополнительную камеру, но Немезида понимал, что безопаснее будет прикрепить внешнее прослушивающее устройство к телефону, нежели заменить «жучок».

Однако у него пока не был готов план действий. И это несказанно злило его.

Немезида в раздражении вскочил со стула и отошел от монитора. Он выбивался из графика. Придется отменить кое-какие действия, чтобы не пропустить главный ход, когда наступит нужное время.

Проработав пятнадцать лет в качестве менеджера проектов, Немезида научился перестраивать графики, но всегда случались непредвиденные обстоятельства, которые подчас портили всю картину.

Одним из таких обстоятельств было появление Джошуа Уотта. Однако Немезида не мог позволить другому мужчине помешать его мести Лиз Бартон. Очень скоро она заплатит за то, что разрушила столько семей. Тогда он, может быть, сможет спокойно спать по ночам, и боль утраты не будет мучить его так сильно.