– Мисс Фостер и ее компания сейчас в задней гостиной: последняя комната в конце коридора, – объяснил он, показывая направление. – Доложить о вас, сэр?

– Не стоит, – улыбнулся Дафф. – У вас есть шампанское?

– Простите, сэр, таких тонких вин не держим.

– В таком случае хороший белый рейнвейн. Подайте как можно скорее, – велел Дафф, отходя.

Еще минута – и он стучался в дверь в конце коридора. Услышав голос Аннабел, он снова улыбнулся.

Неожиданно в этом мире все опять стало на свои места.

Распахнув дверь, он низко наклонился, чтобы не удариться о притолоку, и переступил порог.

Его встретил хор удивленных восклицаний.

– Я ужасно соскучился по тебе, – объявил Дафф, глядя на Аннабел. Это была чистая правда, тем более что в таком состоянии он просто не мог говорить обиняками. – Надеюсь, я не помешал?

– Нисколько! – воскликнула миссис Фостер. Ее дочь, похоже, потеряла дар речи. – Входите и садитесь, дорогой мальчик! – Вскочив, она энергично замахала рукой.

В гостиной уже зажгли свечи, и в их мерцании он нашел Аннабел еще более прекрасной, чем всегда, если только это было возможно. Короткие локоны отливали золотом, глаза сияли, полный ротик удивленно приоткрыт. И если у Даффа остались какие-то сомнения относительно того, что он чувствовал или хотел в эти несколько часов, неуверенность мгновенно рассеялась.

Миссис Фостер даже уступила ему свой стул, чтобы он смог сесть рядом с Аннабел.

– Садитесь, садитесь, дорогой мальчик, – пробормотала она, похлопав по спинке стула. – Как приятно снова видеть вас. Проголодались?

На этот вопрос он не мог ответить однозначно, не смутив окружающих. Да, он проголодался, но его голод был не того рода. Его скорее можно было назвать похотью. Но невозможно же объяснить это во всеуслышание.

Поэтому он только покачал головой.

– Тогда бокал вина, – предложила миссис Фостер, решив, что придется ей действовать за двоих, поскольку молодые люди внезапно онемели.

– Пойду-ка прогуляюсь в сумерках вместе с малышкой Крикет, – вмешалась Молли и вскочила, держа на руках дремлющую девочку.

– Я возьму Бетти и пойду с тобой, – решила миссис Фостер. – Совсем ноги затекли после долгой езды в экипаже. Небольшая прогулка не повредит.

Если бы главные участники спектакля были способны мыслить здраво, сразу заметили бы заговорщические улыбки женщин. Но им было не до того. Они даже не сразу обнаружили, что миссис Фостер и Молли покинули гостиную.

Но влюбленную парочку ничто не интересовало. Только когда хлопнула дверь, они немного пришли в себя.

– Я чувствую себя героиней романтического фарса, – усмехнулась Аннабел. – И наши верные компаньоны ухитрились сбежать.

– Напомни мне поблагодарить их, – улыбнулся Дафф. – И позволь сказать, что этот оттенок розового невероятно тебе идет. Ты неотразима.

– Ты просто истосковался по мне, – игриво заметила Аннабел, чувствуя себя снова на коне при виде улыбки Даффа. Господи, как она счастлива!

– Боюсь, именно так и есть.

– До чего же неромантично! – поддела она. – У тебя недовольный голос.

– Я был очень зол. Тебе не следовало уезжать.

– Почему это? – прямо спросила Аннабел.

– Потому что я не хотел, – нахмурился Дафф.

– Не помню, чтобы ты так и сказал.

– Должно быть, все дело в том, что ты предпочла сообщить о своем отъезде в присутствии такого количества людей, – бросил он, глядя на нее сквозь ресницы.