– Да, сэр!!!

Благодаря хорошенькой кобылке и красивой леди маркиз наконец вернулся из чистилища, в котором так долго пребывал.

И Эдди вдруг подумал, что жизнь не просто хороша, но и первоклассна! И шансы выиграть на скачках по меньшей мере удвоились. Лошади маркиза чаще всего приходили первыми.

Сегодня Дафф разделял веру Эдди в то, что жизнь хороша. Ощущение было такое, словно он внезапно вышел из темницы на солнечный свет. А вскоре он будет греться в лучах улыбки неотразимой мисс Фостер.

– Далеко еще? – спросил Дафф, точно ему не терпелось начать новую жизнь, раз уж он снова становится прежним.

– Как раз за этим поворотом, сэр, и вниз, в долину. Десять минут, мобыть, меньше.

Глава 5

Благодаря предусмотрительности Эдди маркиз прибыл в Шорем, нагруженный подарками. Хорошенькая бутоньерка из душистых гвоздик лежала в седельной сумке денщика вместе с изящным набором перламутровых гребней, который Эдди раздобыл бог знает где.

Полный сладостных предчувствий, Дафф почти против воли улыбался, въезжая в деревню. Странно, как без всяких очевидных причин радость жизни и предчувствие наслаждений могут неожиданно затмить все другие ощущения.

Не то чтобы он возражал против столь нежных чувств. Не то чтобы боролся с острым возбуждением, вдруг охватившим его. Как давно он в последний раз говорил с дамой… если не считать родственниц? И сколько прошло времени с тех пор, как ему хотелось сделать это.

Спешившись у ворот, маркиз и Эдди увидели трех женщин и двух малышей. Маленькая компания сидела вокруг чайного стола, поставленного в тени деревьев.

Женщины, в свою очередь, тоже заметили вновь прибывших. Аннабел негодующе выпрямилась, поджала губы и, поспешно вскочив, небрежно заметила:

– Они, должно быть, заблудились. Я сейчас вернусь.

Кивнув своим компаньонкам, она деловито направилась к посетителям. Очевидно, маркиз не пожелал смириться с ее отказом. Впрочем, мужчины его круга не привыкли получать отпор.

Однако желания маркиза не имели для нее значения. Она не позволит, чтобы незваные гости расстраивали мать. Кроме того, она не собиралась отвечать на неизбежные вопросы, которые возникнут, если Дарли присоединится к их компании. Хотя мать знала, что она зарабатывает деньги игрой на сцене, все же понятия не имела о более рискованных аспектах ее профессии. Аннабел предпочитала, чтобы так было и дальше.

Столь трудный выбор стал необходимостью после смерти отца, и она стала актрисой, чтобы мать и сестра смогли выжить.

И ни разу не пожалела о своем решении.

Но Аннабел приложила немало трудов, чтобы семья оставалась в неведении относительно той жизни, свойственной дамам полусвета, которую она вела с тех пор. И хотя ее имя часто появлялось на страницах газет в разделе светской хроники и было неизменно связано с очередным скандалом, подобные бульварные листки никогда не доходили до отдаленных деревень вроде Шорема, где столетиями ничто не менялось.

Прежде чем Дафф успел сделать несколько шагов, Аннабел преградила ему дорогу.

– Маркиз Дарли к вашим услугам, мисс Фостер, – представился Дафф и с изысканным поклоном протянул ей бутоньерку.

– Добрый день, милорд. – Ее поклон был менее изысканным: она вовсе не хотела казаться дружелюбной. – Моя мать больна, – холодно добавила она. – Иначе я пригласила бы вас к чаю. – Она и глазом не моргнула. Ничуть не покраснела. Ничем не выдала истинную причину, по которой жаждала его ухода. – Надеюсь, вы поймете, – пробормотала она, уверенно играя свою роль.

– Мне очень жаль слышать это, – сочувственно вздохнул Дафф. – Надеюсь, ее болезнь не слишком серьезна.

– Она недавно перенесла сильное потрясение, – коротко бросила Аннабел, не собираясь пускаться в откровения по поводу подробностей смерти Хлои.