– Девушки не говорили, – засмеялась она.

– Завидуют!

– Само собой! – хохотнула она.

В ресторане оказалось очень уютно, вид действительно поражал воображение. Удивительно, что нечто подобное не открыли тут раньше.

– Шикарное место, – восхитилась я, доедая салат. – И готовят вкусно!

– Да, благодаря твоему отцу знаю почти каждое новое заведение, – улыбнулась подруга.

– Как совместная жизнь?

– Отлично, – ответила она. – Лучше, чем я могла себе представить. Родитель у тебя – настоящее золото.

– Знаю!

Мы еще поболтали о том о сем. Съели по десерту и выпили три чайника чая, любуясь панорамой. Я была благодарна Маринке, что она не стала портить обед ни вопросами о Забелине, ни стенаниями о Мариче. Хотя наверняка ей стоило больших усилий сдержаться.

Наконец мы простились. Вместе прошлись по пешеходной улице, в самом конце разделившись – она отправилась к своей машине, я – к своей. Я села за руль, включила обогрев – машина успела остыть, – и тут заметила на лобовом стекле листок, который снаружи засунули под дворник. Видимо, промоутер. В центре такое часто бывало. Я вышла из машины и приподняла щетку. Хотела было выбросить рекламку, но остановилась – это был белый лист бумаги, сложный вдвое. На брошюру из автомойки или суши-бара совсем не похож. Я аккуратно развернула его – он успел намокнуть. «Вокзальная улица, 15Б, получишь ответы на все вопросы. 20:30. Одна», – было напечатано в углу листа.

Я села обратно в машину. Несмотря на последнее слово в записке, первым побуждением было позвонить Баду. Однако после его вчерашней выходки делать этого совсем не хотелось. Если автор послания Игорь – добры молодцы Забелина точно не останутся незамеченными. Вряд ли это те, кому он передал бумаги. Какой им интерес от встречи со мной, а тем более передачи информации? «А что, если это Мишель?» – подумала я. Возможно, она в такой ситуации, что боится и Кондратьева, и Забелина. И тут вполне логично искать помощи у девушки, возможно, в обмен на интересующую меня информацию. Зная ее любовь к Всемирной паутине, возможно, безопаснее было отправить мне, например, имейл. Но ведь электронный адрес еще нужно как-то найти, а судя по тому, как ее характеризовал Бад, ей это стоило бы некоторых усилий.

Я открыла ее соцсети – по-прежнему тишина. Тогда решила позвонить Наташе. Может быть, подруга давно дома.

– Да, – сказала она шепотом и пояснила: – Детей укладываю.

– Я быстро. Новости есть?

– Никаких, – тяжело вздохнула она. – Может, подъедешь, дам тебе ключи. Я тут безвылазно пока, в лучшем случае завтра смогу домой на часик отлучиться. Заедешь, проверишь, вдруг появилась.

– Если получится. Ты ментам сообщила?

– Да, вчера.

– И что они?

– Что они? Сказали, пошлют запросы в РЖД, на автовокзал. Если покупала билеты, смогут сказать, вернулась в город или еще в Москве. Но она и на тачке уехать могла. – Наташа тяжело вздохнула. – Ладно, пора мне. Адрес пришлю, сможешь – заезжай.

Я отключилась и следом сразу получила сообщение с адресом от Наташи. Однако ехать туда я не торопилась. До встречи, назначенной в записке, было еще четыре с лишним часа, я открыла карту в приложении и посмотрела, что находится по этому адресу.

Мне пришлось постараться, прежде чем я обнаружила нужный мне дом. Улица эта, как и следовало из названия, находилась рядом с вокзалом. Начиналась она с общежитий железнодорожников и столовой.