— Ты что? — усмехнулся Зяблов. — Запамятовал? Ты же сам делал запрос на убийц матери Волошина.

— Понятно, — кивнул майор и снова спросил. — Где Богунчик?

— Насколько я знаю, еще в Энгельсе, — засмеялся Зяблов. — Он сейчас старается не контачить со мной. Впрочем, он не появлялся здесь с тех пор, как меня задергала милиция. Почему ты спросил?

— Он пытался узнать у меня результат запроса, — т- зло буркнул Зимин. — Явился ко мне домой. Его счастье, что меня не было. Ты дал ему мой адрес?

— Плохо же ты, Сергей, думаешь обо мне, — упрекнул его Зяблов. — Адрес Зимина узнать несложно. Но, черт его возьми, — он сердито сверкнул глазами, — на кой черт он заходил к тебе?

— Жене он этого не сказал, — процедил майор.

— Так, может, это был не он? — предположил Константин Федорович.

— Она описала внешность — длинный угреватый нос. По-моему, другого такого больше нет.

— Пошли парней в Энгельс! — Зяблов повернулся к Шугину, — вот по этому адресу. Пусть поработают с Адамом. Но не до смерти! — строго предупредил он.

— С ним мы разобраться успеем, — сказал Зимин. — Нужно кончать с Волошиным! Потому что если он сообщит номер машины, сынка твоего приятеля возьмут, и он даст полную раскладку. Не буду ходить кругами, меня беспокоит мое участие. Ведь если узнают, откуда ехали машины, то любой гаишник скажет, что я сопровождал их до Саратова. Так что сейчас главное — Волошин.

— Но почему он не сообщил номер милиции сразу, — спросил Шугин, — а сначала попытался узнать, кто владелец машины?

— Во-первых, — уверенно сказал Зимин, — он его вспомнил не сразу. Во-вторых, узнав о сгоревших машинах, подумал, что его жену и дочь убили те, кто сжег машины. И именно поэтому решил узнать через Мягкова…

— Ты можешь говорить яснее? — разозлился Зяблов.

— Заяви он о номере, то сразу оказался бы под прицелом. Скорее всего, так ему объяснил ситуацию Мягков. А так запрос был бы сделан неофициально, и никто не знал бы, как милиции удалось выйти на эту машину.

— Вообще-то такое объяснение кажется разумным, — обдумав услышанное, сказал Зяблов.

— А потом он просто испугался за свою шкуру, — уверенно сказал майор. — При нем убивают мать, которая помешала его пришить. Потом кто-то расстреливает какого-то мужика в балахоне в его доме. Все! — усмехнулся Зимин. — Волошин наложил полные штаны. Но если это удерживало его от обращения в милицию, то через какое-то время именно страх за собственную шкуру заставит его сделать это. Поэтому чем скорее он сдохнет, тем спокойнее будет нам. Я просто удивлен, что он до сих пор жив, — майор посмотрел на Шугина. — Ведь он был в Саратове. Почему…

— Я приказал его не трогать, — ответил за Феликса Зяблов. — Потому что и так^ слишком много трупов, тем более двое из милиции.

— Но в случае с твоим племянником виновный установлен — Возников. И слава Богу, что он сейчас возразить не может. Что же касается убийства его жены, — Зимин улыбнулся, — то все объясняется просто: оказывается, Лысый был должен ей приличную сумму. И участковый помог установить истинную причину убийства, пристрелив Лысого. А третьим участником может быть любой из братии Горбуна. Ты с ним потолкуй насчет этого. Ну ладно, — посмотрев на часы, майор встал, — пора. У меня…

— Ты в последнее время стал довольно открыто заходить ко мне, — предостерегающе проговорил Зяблов.