— А что делает Латифа? Чему мне придется учиться?

— Латифа — кухарка Майи, — сообщила Мегэн.

— Кухарка! — воскликнула Изабо. — Терпеть не могу готовить!

Мегэн неодобрительно подняла брови и продолжила:

— Облачная Тень сделает все возможное, чтобы ты благополучно добралась до дворца. Можешь доверять им обеим. Оставайся в Риссмадилле до тех пор, пока я не извещу тебя. Латифа позаботится о тебе и научит тебя большему, чем могу я. Она отличная ведьма и верная участница Шабаша.

— Мегэн, почему ты никогда не говорила мне, кто ты такая?

— Кто я такая? Я та, кем была всегда, — отрезала ведьма. — А ты только что вышла из детства, Изабо, и никогда не отличалась благоразумием. Да, теперь, когда Табитас нет, я Хранительница Ключа Шабаша. Но что изменилось бы от этого лично для тебя. Ты внимательнее слушала бы мои уроки? Сомневаюсь. Жаль, что ты вообще об этом узнала, меньше всего я хочу обратить на себя внимание Майи. Ты должна быть готова позаботиться о себе сама. Йорг тоже не сможет сопровождать тебя, он должен предупредить остальных ведьм в Белых горах. Мы можем мысленно общаться с теми, кого знаем, но иногда это слишком рискованно.

— А что будет с Сейшеллой? — спросила Изабо.

Старое лицо Мегэн потемнело:

— Если они отвезли ее в город, чтобы судить, мы, скорее всего, сможем ей помочь, впрочем, может быть, она сбежит сама. Она очень сильная ведьма. Если же они убили ее, то мы ничего не можем сделать.

Изабо попыталась проглотить застрявший в горле ком и удивилась, что лесная ведьма ничем не проявляет своей печали. Ведь не может же она не горевать? Но на тонком морщинистом лице была написана лишь решимость, черные глаза зло блестели.

— Изабо, я научила тебя всему, чему могла. Теперь ты должна учиться сама. Где бы ты ни была, слушай и наблюдай, — ты сама должна будешь найти своих учителей. Само путешествие будет твоим первым уроком. Помни только, наказание за колдовство — ссылка или смерть, а власть и сила Майи растут с каждым днем.

— А куда пойдешь ты? — нетерпеливо спросила Изабо, уже не столь уверенная, что ей хочется покинуть маленькое озеро и цветущую долину, над которой маячил Драконий Коготь.

Мегэн оглянулась назад, туда, где возвышался пик.

— Я отправляюсь на поиски дракона, — сказала она.

Он не может без меня , подумала она, как какой-нибудь глупец без лунного зелья. Но даже эта мысль причинила боль, потому что ее влияние на него ослабло, едва на небе появилась комета. Эта мысль заставила ее поежиться. Шестнадцать лет король был в ее полной власти, и она позволила себе немножко ослабить поводок. Она знала, что стоит ей пожелать, и все вернется на круги своя. Сейчас она была занята укреплением своей власти над страной, выискивала и искореняла этих проклятых ведьм, боролась с сопротивлением, которое угрожало ее власти. Шаг за шагом враги расшатывали ее безопасность, подрывая ее силы.

Возможно, не следовало вступать в борьбу тогда, много лет назад. Но такая возможность казалась слишком заманчивой, чтобы ее упускать: Джаспер в первом неистовстве своей любви, ее неуверенность в том, сколько это продлится, и ведьмы, ни о чем не подозревающие и самоуверенные. День Предательства открыл ей глаза на собственную силу. В тот день она выбрала свой путь. Это стоило риска , решила она, хотя сейчас мой путь и труден.

В небе над ее головой пролетел ястреб, с его лапок свисали яркие ленты. Когда его тень упала на Майю, та вздрогнула. Деревья редели, она уже могла видеть блеск воды. Вскоре над лесом должны были показаться башни Риссмадилла, выстроенного на огромной скале, нависавшей над озером.