Вителли снова забормотал и начал вычерчивать фигуры между двумя братьями. Тейру вспомнились кот и петух. Пол после вчерашней ночи отскребли дочиста, причем навряд ли служанки, разве что у Вителли имелся прислужник с отрезанным языком. Мехи ритмично всхлипывали, гудение огня стало басистее.

– Дьявол! – Ферранте отшатнулся. В окно влетел нетопырь и начал описывать по комнате быстрые бесшумные круги, будто ребенок крутил игрушку на веревочке. Вителли, поглощенный своим заклинанием, не мог остановиться и бросил на Ферранте и нетопыря разъяренный взгляд. Ферранте выхватил меч и трижды промахнулся по летающей твари. С проклятием он кинулся за ней.

Вителли завершил строфу, перевел дыхание, бросил через плечо:

– Всего только летучая мышь. Забудьте про нее, черт побери! – И продолжил песнопение.

Ферранте поморщился, остановился, но снова замахнулся на нетопыря, когда тот пролетал мимо, и по счастливой случайности сбил его на пол. Волоча сломанное крыло, нетопырь пополз по полу и стер одну из линий, начертанных Вителли.

Вителли стиснул зубы, прервал песнопение. Его слова казались Тейру вереницей солдат, которые натыкались друг на друга, когда идущий первым остановился без предупреждения. Вителли развел руки, давая выход страшному напряжению, прежде чем сделать шаг.

– Косорукий… – крикнул он Ферранте с подлинной мукой. – Придется начать все с начала. Бери губку и сотри эти линии! – Жутко гримасничая, он тяжело прошел вперед и раздавил раненого нетопыря. Брезгливо подобрал трупик за кончик крыла, держа его подальше от своего одеяния, и выбросил сквозь решетку окна.

Ферранте явно не понравилось столь грубое распоряжение его прислужника, но с каменным лицом он подчинился. Наверное, испытывая неуверенность в тенетах этого волхования. Однако потрудился он на славу, и вскоре пол снова был чистым и сухим. Вителли подобрал форму с ножом, и начал все с начала.

На этот раз он поставил Ферранте внутри линий около Тейра. Тейр косился одним глазом на нож с костяной ручкой. Надо схватить его, опередив Ферранте, а там будь что будет. Если бы он не был так слаб! Достанет ли у него сил встать, а не то чтобы вступить в схватку? Миазмы магии настолько сгустились в комнате, что ему становилось трудно дышать. Словно темная аура Вителли раскинулась от стены до стены. Сбоку возник Вителли, держа в руках щипцы с зажатой в них раскаленной докрасна чашечкой, полной расплавленной бронзы. По его лицу ползли капли пота, оставляя жирные следы. Когда он зальет бронзу, кольцо остынет почти сразу… заключив в себе дух Ури? Напев достиг крещендо. Кожаные сапоги Ферранте заскрипели, он опустился на колени позади Тейра, ожидая знака, чтобы взять нож. Тейр подумал: сейчас… шорох, пыхтение донеслись со стороны окна, выходящего на озеро. Слишком громкие для летучей мыши.

– Восстань и убей мерзавцев! – взревел сеньор Пия.

Ферранте повернулся, выхватывая меч. «Восстань» было не слишком подходящим словом, но Тейр проделал что-то вроде лягушачьего прыжка, упал на нож и перекатился через него. Едва он сжал в руке костяную рукоятку, как словно жгучая парализующая волна прокатилась до его плеча. Пальцы безвольно разжались, нож со стуком упал и скользнул под козлы. Меловые линии обжигали кожу Тейра, точно тонкие хлысты, когда он пополз через них. Меч Ферранте вышиб искры и большой осколок камня из пола в том месте, где только что находился Тейр.

Вителли перегнулся пополам, судорожно кашляя. Щипцы выпали из его рук. Глиняная чашечка разбилась, и бронза разбрызгалась по холодным плитам пола.

Кастелян протиснулся сквозь окно и стоял с коротким солдатским мечом в правой руке и прутом из решетки в левой. Глаза у него горели, волосы колыхались. Ноги были голыми и волосатыми. Зубы скалились, как у дикого зверя.

Добравшись до козел с ящиком, Тейр наконец кое-как поднялся на ноги.