В одном ряду с Джоанниным стояло еще пять домов, построенных в изящном стиле прошлого века – фасады, обшитые деревом, тяжелые белые оконные рамы, выступающие карнизы, мансарды с окнами на третьем этаже, многочисленные каминные трубы, маленькие портики перед каждой входной дверью, украшенные горящим фонариком. С тыла у домов имелись двухэтажные пристройки – в первом этаже гаражи минимум под дюжину автомобилей, выше – спортивные залы и комнаты игр.

Я подошел к дому сзади, по аллее. В пристройке горел свет. За воротами позади располагался общественный садик. Сигнальное устройство на его запоре мигало зеленой лампочкой, и когда я толкнул створку ворот, они бесшумно распахнулись.

Свет на задней площадке горел, остальная часть дома была темна. Только на втором этаже светились два окна.

Я поднялся по ступенькам. Едва я поднес руку к звонку, дверь раскрылась, и передо мной предстала высокая стройная женщина, вырисовывающаяся силуэтом против мягкого света из дальнего зала. На ней был алый бархатный халат поверх ночной рубашки с высоким горлышком. Светлые волосы остались такими же длинными, как я их помнил. Сейчас они были не убраны в прическу, а заплетены в блестящую косу, свободно перекинутую через правое плечо.

Она взглянула на меня – и лицо ее чуть дрогнуло, глаза расширились. Губы приоткрылись в беззвучном вскрике тревоги Мое гротескное лицо на маленьком видеоэкране, должно быть, в сравнение не шло с реальностью в полный рост.

– Это я, Джоанна, – сказал я успокаивающе. – Это правда я.

– Да. Заходи.

Голос ее звучал спокойно. Она пропустила меня внутрь и заперла за мной дверь. Несколько секунд мы стояли молча, изучая друг Друга в полутьме, как персонажи пошлого второсортного фильма в жанре низкопробной научной фантастики: красотка в пеньюаре и чудовищный инопланетянин, вторгшийся к ней посреди ночи.

Она первая нарушила молчание:

– Фу! Почему ты не предупредил меня, что прятался в канализации? – Прежде чем я смог ответить, она зашагала в глубь квартиры. – Иди сюда. Прежде всех остальных дел ты должен принять душ. Хороший горячий душ.

Я кротко протопал за ней через кухню и вверх по задней лестнице – в роскошную ванную комнату на втором этаже.

– Брось свои грязные тряпки в автомойку и нажми кнопку «дезинфекция». Я бы на твоем месте использовала дезинфицирующий скраб для тела. В душе есть отличный подбор препаратов – можешь запрограммировать любой, хотя мне ни разу не приходилось ими пользоваться. Гостевые туалетные принадлежности в предбаннике – зубные щетки и всякое такое. – Она насмешливо взглянула на меня. – Если у тебя, конечно, еще есть зубы.

Я расхохотался и обнажил зубы в совершенно не халукской усмешке. Они были вроде моих прежних, только расстояние между ними увеличилось. Я шутливо показал Джоанне язык – и тут же пожалел об этом. До сего момента он по ощущению казался мне вроде бы нормальным… Но зеркало в освещенной ванной показало, что язык стал необычайно длинным и подвижным. Я мог легко достать им до низа подбородка. При этом он еще был ярко-лиловым.

– Дерьмо святое! – высказалась Джоанна де Вет, профессор политических наук. Она даже отступила на несколько шагов. Я пробурчал что-то жалобное, и она заставила себя улыбнуться. – А в общем-то он не так уж плох, твой язык. Даже, можно сказать, довольно красив. Ты не умеешь выстреливать им, как хамелеон, и ловить мух?

– В ближайшее время непременно попытаюсь, – несчастным голосом отозвался я.

Она немедленно раскаялась.

– Извини, Адик. Я не должна была шутить на твой счет. Просто это выглядит так…

– По-инопланетянски, – тихо сказал я.

– Ну да, – согласилась она.